Искупить кровью!

Как только молодые лейтенанты освоились, стали подавать рапорты по команде о направлении в действующую армию. После этого всех собрал комбриг и доходчиво разъяснил, что служить они будут здесь, поскольку существует реальная угроза нападения Японии.

– На этом все, – закончил разговор. – И чтоб больше мне никаких рапортов. Свободны!

Молча поднявшись, вышли. В это же время Александр, как и многие другие офицеры, стал перечислять часть своего денежного содержания родным – матери с сестрой.

Наступило лето, за ним осень и снова зима.

Виктор был старше на три года, до армии работал помощником дежурного по станции, в 39-м его призвали в воздушно-десантные войска. Вначале тоже служил на Дальнем Востоке, а с началом войны их бригаду перебросили на Украину.

После сражался на Северном Кавказе, где был ранен и лежал в госпитале.

Уснул перед самым утром, а на следующий день занес в штаб очередной рапорт.

Между тем наступление немецких войск под Сталинградом было остановлено. Угроза японского наступления стала менее вероятной, и в бригаду поступил приказ о формировании маршевых рот для отправки в действующую армию. Из каждого батальона выделили по одной роте, в том числе ту, где служил Пыльцын, и в первых числах января 43-го воинский эшелон отправился на запад.

За окнами теплушек проносились засыпанные снегом леса и замерзшие реки, часто стучали колеса на стыках. На коротких остановках бойцы с котелками бегали за кипятком, Александр, заложив руки за спину, прохаживался у вагона и думал, – ничего, гады. Скоро посчитаюсь за брата.

Как вскоре выяснилось, маршевики направлялись для участия в формировании Югославской армии по примеру уже создававшихся дивизий Войска Польского и Чехословацкой бригады Людвига Свободы.

До Байкала добирались двое суток, а во время смены паровоза на станции Бира, знакомый Александру дежурный передал по связи весточку на его родной полустанок. Мать с сестренкой и дедом прибежали туда, но поезд проследовал мимо без остановки. Успел из открытой двери теплушки лишь помахать рукой.

На следующей станции, шипя паром, эшелон остановился, простояли там почти неделю. Хорошо, на платформах имелись полевые кухни и запас продуктов.