На задворках Великой империи. Том 1. Книга первая. Плевелы

Сергей Яковлевич немного приуныл, что заметила и Алиса.

– Serge, – сказала она, – сколько ты дал этой бедной женщине с мешком?

– Да откуда я знаю… Дал и дал!

– Это неправильно, Serge. Надо вести учет своим расходам. Ты не только губернатор, но и отец семейства!

– Дорогая, – ответил Мышецкий, – ты судишь в немецких масштабах. Не забывай, что мне управлять губернией, на которой смело разместятся четыре германские империи. Русские не богатеют, но и не банкротятся на копейках!

– Оттого-то русские и бедны, – выговорила Алиса.

Сергей Яковлевич посмотрел, как Сана разворачивает сына из пеленок, и с удовольствием похлопал ребенка по румяной попке:

– Ничего. Мы что-нибудь оставим и князю Афанасию…

В пейзаже уже угадывалась близость большого губернского города. Чаще стали встречаться селения, плоско вытянулись на горизонте солдатские казармы из самана, но особой живости на дорогах приметно не было.

Сана перед городом принарядилась, завила волосы, вышла в коридор с гитарой, украшенной бантами, глянула на голые земли:

– Мати моя! Ну и тощища же… Завезли, нечего сказать!

И затянула – низко, густо, под Вяльцеву:

Ах, зачем, поручик,

Сидишь под арестом,

Меня вспоминая,

Колодник бесшпажный?.

Верст за сорок от Уренска опустилась рука семафора, и по ступенькам вагона легко взбежал молодой самоуверенный чиновник в ладно пошитом вицмундире. Взмахнув ярко-зеленым портфелем, он расшаркался перед Мышецким:

– Имею честь представиться: чиновник особых поручений при сенаторе Мясоедове – Витольд Брониславович Пшездзецкий!

– Благодарю, что встретили.

– Чины ревизии уже покинули губернию, остались только его превосходительство да я. И вот здесь, князь, Николай Алексеевич просит вас о свидании с ним…

Пшездзецкий протянул Сергею Яковлевичу пакет; на крупном бланке сенаторской ревизии было красиво округло начертано:

«Милостивый Государь мой, Князь!

По прибытии соизвольте явиться ко мне для служебного разговора, коего настоятельно требует необходимость.

Сенатор Мясоедов».

– Вы, наверное, долго ждали поезда? – сказал Сергей Яковлевич. – Не угодно ли перекусить?

В салоне Пшездзецкий вел себя как человек, хорошо поднаторевший в министерских передних, – уверенно, с легким апломбцем, явно радуясь присутствию Алисы Готлибовны:

– Вы не представляете, как я счастлив, что вы, наконец-то, появились в губернии.