Ночной дозор. Умереть – непозволительная роскошь

Джон Маккой, если я не ошибаюсь, также интересовался нашей «рыбкой» и бил себя в грудь, что за ценой не постоит.

– Ну что ты, Петр, – сразу пошел на попятную американец, поняв, что проигрывает сделку этому русскому. – Зачем нам кто-то? – лукаво произнес папарацци. – Мы же деловые люди, да и с тобой не первый день знакомы. Надо все взвесить, прикинуть…

– Понятное дело, – сказал собеседник.

– Прекрасно! – попытался как можно непринужденнее воскликнуть Глен. – А кто автор материала?

– Снимки сделаны Кэт… – ответил Гришин, но тут же спохватился, что ляпнул лишнее и невольно дал повод американцу выйти напрямую на фотографа, тем самым оставив Петра не у дел.

Патрик не стал выяснять имена и фамилии людей до поры до времени, а только беззвучно усмехнулся и спросил:

– Когда мы увидимся?

– Как можно скорее!

– Тогда через час в баре у Олега, – предложил Глен.

– Нет, – решительно отверг предложение американца продавец. – Материал весьма ценный, поэтому приезжай ко мне в редакцию прямо сейчас.

Патрик Глен громко рассмеялся в трубку.

– Петр! – весело воскликнул американец. – Я понимаю, что мы с тобой деловые люди, но не могу явиться к тебе небритым и в нижнем белье, приятель!

– Я тебя и небритого приму, – грустно усмехнулся собеседник, – уж больно эти фотографии мне руки жгут.

Журналист язвительно подумал про себя: «У тебя, дружок, руки чешутся от нетерпения поскорее погреть их о мои зелененькие!»

– Хорошо, Петр, – согласился Глен, – буду у тебя через… – и, взглянув на часы, он сообщил: Тридцать минут.

– Идет, – согласился собеседник и вдруг слегка замялся…

– Что?

– Цена возросла вдвое!

– Не понял, – возмутился американец. – Мы же обсудили финансовую сторону нашего сотрудничества и договорились о конкретной сумме. Думаю, это приличный гонорар не только здесь, но и на Западе.

– Согласен, – откашлялся Петр, – но думаю, увидев материал, ты за него даже утроишь запрашиваемую мною сумму. Будешь доволен, что задешево приобрел «золотую рыбку».

– Не знаю, что я приобрету, – фыркнул американец, – золотую рыбку или акулу, но мне это не нравится. К тому же у меня нет столько наличных, а ты, как я понимаю, чеки не принимаешь.

– Ничего, приятель, – вздохнул Гришин, – я подожду, пока ты обналичишь свои чеки.