Забытый князь

Василий понял, что это была баранина. Но как приготовлена. И он принялся ее уписывать.

– Как ты, Алберда, ее приготовил?

– Моя развела огонь в яме…

– И че, в яме он жарился?

– Да-да! – закивал головой старик.

– Ох, и хорош барашек, – рассмеялся Василий.

Затем, вытерев бороду, поднялся.

– Благодарствую тя, Алберда. Смачна твоя еда. Я пошел. Коней надоть искать, – пояснил он.

На следующий день, едва начало светать, Василий появился у албердовского шатра на коне, ведя в поводу второго коня.

Молодой Алберда набивал в шатре чувал разными припасами. Услышав лошадиное ржание, выглянул наружу.

– Здоров будь, – поприветствовал он княжича, выходя из шатра, чтобы осмотреть лошадей. – Добры коняги, татарам на своих вряд ли угнаться.

В голове Василия пронеслось: «Значит, едем к татарам!» Но он и вида не подал, что это его встревожило.

– Щас, – произнес Алберда.

Вскоре он вышел. В его руках был мешок, наполовину чем-то заполненный. Бросив его на спину лошади, пояснил:

– Овес.

Еще он вынес колчаны, набитые стрелами, луки и легкие мечи. За спиной виден был мешок, чем-то набитый. Подав оружие Василию, он приторочил меч и колчан к поясу, лук забросил на плечо и легко вскочил на коня. В это время вышел старый Алберда. Молодой склонился, и они потерлись щека об щеку. Затем старик подошел и к Василию. Простились.

Ехали молча. Василий, держась рядом, изредка поглядывал на своего задумчивого друга. «Что-то обдумывает», – подумал он и не стал приставать с вопросами.

Путь их лежал на северо-восток. Степь пробуждалась.

Был разгар лета. Во многих местах, как плешинки, просматривались выгоревшие места. Но еще сохранилась и растительность. Серебрился ковыль, переливаясь при малейшем дуновении ветра. Бледно-зеленые заросли полыни с горьким, специфическим запахом. Их сменяло озерко типчака и… голая земля. На горизонте маячили заросли кустарников.

Василий в степи был впервые, и все ему было интересно. Удивило, как Алберда находит дорогу.

Куда ни погляди, все одинаково. «Не то, что у нас, в Московии», – думал он. Вдруг послышались какие-то непонятные звуки. Он оглянулся и увидел, как какая-то огромная бурая птица, белесая снизу, с темными поперечными полосами на хвосте, поднималась ввысь.

– Курганник, – впервые за всю дорогу промолвил Алберда. – А вон орел, – и показал рукоятью плети вперед и вверх.

Василий глянул туда и замер: таких огромных птиц ему не доводилось видеть.