Забытый князь

Едигей был хитрым и умным человеком. Их пути однажды пересеклись. Еще в период Мамаева правления Едигей был его правой рукой. Тогда они встретились на переговорах и поняли друг друга. Дело решили так, что оба хозяина остались довольны. Вот на него-то и надеялся Кошка. А пока…

Василий пришел к Алберде, но того не оказалось на месте. Старый Алберда только пожимал плечами. Поучившись у него татарскому, Василий пошел домой. Так продолжалось несколько дней, и Василий понял, что его друг в одиночку пытается что-то сделать.

Ему хотелось быть рядом, помочь другу. Но где он?

В один из дней Василий направился, как обычно, к старому Алберде. Подходя к его выцветшему шатру, он уловил вкусный и необычайный аромат. Входя в шатер, княжич подумал: «Что-то у старого случилось». И увидел его сидячим, калачиком свернутые ноги. С обеих сторон горели, коптя, фитили, опущенные в мисы с жиром. Поза его была какой-то застывшей, и он не ответил на приветствие Василия. «Что это с ним?» – подумал Василий и услышал, что кто-то словно заворочался на лежанке.

Он повернул голову и увидел, что там кто-то лежал, укрывшись с головой накидкой. Княжич подошел на цыпочках и приподнял край накидки. О, господи! Он не поверил своим глазам: под ней лежал его «брат». Василий опустил накидку и осторожно примостился рядом. Раздался заспанный голос:

– Василь, это ты?

– Я, я, – обрадованно ответил он.

С его языка едва не сорвались слова: «Где ты пропадал?» Но он сдержался от вопроса. «Захочет, сам скажет», – решил он.

Тот какое-то время полежал, потом неожиданно резко поднялся.

– Ты пойдешь со мной? – спросил Алберда, глядя на приятеля.

У княжича опять в голове закрутился вопрос: «Куда?» Но что-то сдержало его об этом спросить. И он ответил кратко:

– Пойду!

– Ты сможешь достать пару хороших оседланных лошадей? – спросил Алберда.

– Попробую, – не очень уверенно ответил Василий.

– Постарайся. Завтра надоть ехать. Я тя жду с рассветом, – сказав это, он вновь лег, укрывшись с головой.

К этому времени старый Алберда как бы пришел в себя.

– Она долго не был, – он кивнул на молодого, – очена устала, пущай она спита. А твоя садыся, истить будышь.

Старик поднялся, откинул полог перегородки и скрылся на другой половине. Вскоре он вернулся с большим блюдом – на нем дымились куски душистого мяса. Блюдо поставил перед Василием, который научился, к радости старика, сидеть по-татарски.

Хотя Василий был сыт, но аппетитный запах заставил его взять кусочек.