Тринадцать. Исторический роман

Ну и что? Он лю-

бил приключения, что может быть скучнее сытого вре-

мяпрепровождения в городских стенах?

Будильник зашелся веселой трелью, дав команду

птичьему двору залиться на все голоса. Начался новый

день. Сэм открыл глаза, довольно улыбнулся, увидев при

солнечном свете свои ночные труды. Впрочем, затекшая

шея напоминала о необычном времяпрепровождении:

вот уж действительно, новенький раскрашенный в сине-

оранжевые цвета потолок не совсем обычное дело для

просыпающегося молодого человека.

Вот уже третий месяц, как Сэм совершенным ди-

карем переехал за город на бескрайние просторы Суз-

дальского ополья, купив огромные гектары, объехать

которые пришлось бы потратить пару добрых часов.

Есть что-то волшебное в этом месте. Вечером, когда

темнеет, звезды сияют так близко, что, кажется, можно

дотронуться рукой, и холодный мерцающий свет отра-

жается в лунной дорожке, по которой как будто можно

забраться ввысь.

Да, это именно то сказочное место, которое стало за

два месяца Сэминым домом под названием ферма.

Удивительно, как быстро проект вошел в его созна-

ние и сделал своим заложником, – оставлять ферму на-

долго стало невозможным и даже преступным!

С самого утра она начинала жить собственной жиз-

нью. Вереницей съезжались машины с материалами,

люди, как в муравейнике, перетаскивали бревна, везде

полным ходом шло строительство, и вот уже новенькие

домики с пьянящим запахом свежей древесины выраста-

ли как грибы осенью на полянке, а дирижер этого орке-

стра, почти совсем проснувшись, разглядывал потолок

собственного рыже-ультрамаринового производства.

Для аскетичной комнаты, больше похожей на келью мо-

наха, это действительно стало украшением.

Что же ее все-таки отличало от жилища служи-

теля Господа, так это вешалка из неотесанной березы,

сохранившая природный рельеф, на которой висели

белоснежные дизайнерские рубашки, напоминающие

о второй жизни в городе.

В дверь постучали, и сразу возникла голова в си-

нем платке:

– Доброе утро, – пробасила она.

хозяйству – высокая крупная женщина, как будто срисо-

ванная с некрасовских стихов, коня на скаку остановит.

Впрочем, это чистая правда – коня она и вправду оста-

навливает, работая конюхом на ферме. Удивительная

профессия для женщины наших времен, подумал Сэм,

а вслух протянул:

– Доброе утро!

– Дорогу размыло, строители не приедут.