Пятый легион Жаворонка

Марк требовательно мотнул головой, но актер и не думал подчиниться. Он смотрел на приближавшихся как бы в нерешительности. Марку пришлось остановиться.

Городские стражи прошли совсем близко. Командовавший ими трибун грубо оттолкнул Париса в сторону. Марк стиснул зубы – затевать ссору не имело смысла. В неравной схватке доверенного ему актера могли всерьез искалечить. Марк хорошо запомнил стеклянные глаза и перебитый нос трибуна. Когда-нибудь он вновь встретится с этим человеком. Но ярость еще не остыла, и Марк резко сказал Парису:

– Идем.

Актер, смотревший вслед солдатам, повернулся. Лицо его было неподвижно.

– Ты можешь убить меня теперь, если хочешь. Здесь достаточно темно и пустынно.

Марк открыл рот. От удивления он просто прирос к мостовой.

Парис неожиданно рассмеялся.

– Урок мне, – сказал он. – Вот как надо отыгрывать изумление.

Он снова засмеялся и покачал головой. Марк все не мог опомниться.

– Префект Фуск и впрямь печется о моей безопасности? – чуть насмешливо спросил Парис.

– Ты же слышал. Проводить тебя до дома.

– И все?

– Да.

– Ну, идем, – Парис, посмеиваясь, направился дальше.

Марк следовал за ним, мучительно пытаясь осознать случившееся. Наконец, ему удалось выстроить цепочку: Парис – Августа Домиция – император – префект Фуск. Если император и впрямь гневается на актера, приказ должен будет выполнить префект Фуск. Марк сказал:

– Отправься я с иным поручением, Виния Руфина не была бы так спокойна.

– Не переживай, тебе еще представится случай отличиться, – сказал Парис, и сам почувствовал, что шутка вышла неудачной.

В молчании они отправились дальше. Свет факела так же озарял стены домов, закрытые ставнями окна. Шаг Марка оставался так же легок и стремителен, но… Мысли его не были ни светлы, ни легки.

Не зря шептались болтуны на Форуме. Августа Домиция заметила актера. Заметила и отметила. Император не простит оскорбления.

Марк невольно замедлил шаги. Так и будет. Домициан повелит префекту Фуску, префект Фуск скомандует преторианцам… Кому именно? Ему, Марку? Скверно стало на сердце. Очень скверно. В Британии он против врагов меч обнажал, против варваров.