На рокадном направлении

Планирую увеличить число практических занятий. Необходимо организовать полевые выходы для отработки элементов боевого слаживания на местности. Матчасть пулеметов изучили, надо бы стрельбы провести и гранаты настоящие покидать.

– Надо, обязательно надо, – он пододвинул лист бумаги. – Пиши, что требуется. Послезавтра прибывает новый начальник, я ему передам и расскажу о том, что подготовка у нас организована отлично.

Лавр удивленно взглянул на Шулишова:

– Переводят меня, Лавр Павлович, куда, сам ещё не знаю.

– А кого прислали? – осторожно спросил Лавр.

– Волошенко

. Ты не переживай, он не с улицы к вам идёт. Ещё в 1931 году в ОГПУ начинал, а к нам с должности начальника отделения центрального аппарата идёт. Я справочки навёл, говорят, толковый мужик.

***

Сентябрь 1920 года

Кубанская область. Черкесские сады

– Ваше благородие, взгляните! Там под деревом, кажется, казак убитый лежит!

Поручик, в пропитанной потом гимнастёрке, с красными, отороченными чёрным галуном погонами Константиновского училища, потянув повод, подъехал к лежавшему на земле человеку.

– Двадцать минут – на перекур и рытьё могилы. Тело есаула предать земле по православному обычаю.

– Владимир Петрович, – обратился к нему юнкер, – местные всех будут хоронить, тем более своего брата казака не оставят. Убитых по обочинам много лежит, всех не перехороним, да и красные уже поджимают.

– Юнкер! – поручик зло сощурил глаза. – Перед вами тело убитого в бою русского офицера! Вашего брата по оружию, а вы изволите быть дворянином и обучаетесь в училище, девиз которого «Помните, чьё имя носите!».

Стыдитесь! Исполнять!

Пока юнкера рыли могилу, он внимательно осмотрелся и по взрыхлённой конскими копытами земле и кровавой полосе представил примерную картину произошедшего. Могилу уже почти закончили. Выровняв лопатой края ямы, юнкер протянул руку и, с помощью товарищей выбравшись наверх, доложил:

– Готово, Владимир Петрович!

Поручик снял фуражку и, прочитав «Со святыми упокой, Христе, душу раба твоего», перекрестился и скомандовал:

– Опускайте!

Два юнкера, подняв тело, уже начали опускать его в яму, как вдруг один из них вскрикнул:

– Владимир Петрович! Он, кажется, живой!

В подтверждение раздался лёгкий стон.

– Фельдшер, осмотрите раненого! – приказал поручик.