На рокадном направлении

Толковый парень

, будем его выдвигать, но суть не в этом.

Развязав тесемки с затянутыми на концах, чтобы не лохматились, узелками, он перелистал несколько страниц и, достав большой, сложенный в несколько раз лист бумаги, удовлетворенно крякнул:

– Это его свидетельство об окончании милицейской школы комсостава. Посмотри, какие дисциплины они изучали. Пулемётное, гранатомётное и стрелковое дело, тактику уличного боя, знание револьвера и даже джиу-джитсу. Помнишь Постановление Совнаркома от 1931 года?

Лавр утвердительно кивнул:

– Это когда нас стали рассматривать как армейский резерв?

– Да, тогда военная подготовка стала обязательной, но мы не придавали ей значения, ставя во главу угла специальные дисциплины, несмотря на то, что военные получили право контролировать процесс обучения.

– Может быть, надо привлечь к работе армейских инструкторов? – неуверенно спросил Лавр.

Федотов досадливо махнул рукой:

– Это само собой. Уже подготовлена программа, соответствующая уровню подготовки бойцов Красной Армии. Но я имею в виду оперативную работу в прифронтовой полосе и за линией фронта. У тебя есть опыт диверсионной и агентурной работы. Если говорить прямо, то мы должны подготовить подпольщиков и партизан.

Лавр улыбнулся:

– То есть научить их жить наоборот?

Никифор Максимович непонимающе взглянул на него, и он пояснил:

– Если раньше мы обучали людей, как оставаться незамеченными при наблюдении за объектом, то сейчас их нужно учить, как вычислить хвост и отделаться от него.

– Ты, Палыч, все правильно понял, – вздохнул Федотов. – Ты теперь человек свободный. Посиди, подумай, чему надо обучить сотрудников, и как будешь готов, заходи. Три дня хватит?

***

Лавр всерьёз принялся за работу. Вечером, заварив крепкого чаю, он положил перед собой лист бумаги и, вспоминая все войны и операции, начал записывать чему, по его мнению, было необходимо обучить милиционеров.

– Ты стал писать мемуары? – с лёгкой иронией спросила Людмила, войдя на кухню и глядя на кучу скомканной бумаги.

– Нет, – не приняв шутки, он покачал головой: – Это план подготовки личного состава к работе в условиях военного времени.

– Тебя из-за этого вызывали в управление?

– Да, – сказал он задумчиво и, взглянув в чёрный квадрат окна, помолчав, добавил: – Ты знаешь, Викентий был прав.