Криминальный трансфер. Часть 2

В конце он посетовал на слабое финансирование,

– Уже забыл когда «по девятке»

деньги получал. – вздохнул Женя, пояснив, что это такое, и искренне порадовался что по всем наболевшим вопросам, он встретил полное взаимопонимание.

– В нашем департаменте тоже не просто! С каждым годом деньги на поощрение агентов урезают. Да и с награждением отличившихся стало сложнее. До 1908 года нас премировали из взносов благодарных клиентов, которым стараниями сыщиков было возвращено похищенное у них добро, а сейчас… – Александр Петрович поджав губы, покачал головой.

Когда первая бутылка коньяка опустела на половину, Пришельцев спросил. – Скажите, Евгений Викторович, как бы вы организовали розыск этой женщины, в вашем времени?

Женя пожал плечами. – В нашем времени я бы её нашёл, не выходя из кабинета в течение получаса. Во-первых – пробил бы, по номеру машины.

Лавр и Пришельцев непонимающе переглянулись.

– Пробил – это как? – спросил Лавр.

Женя понял, что не так выразился и пояснил. – Пробить – это значит установить личность. Это, так сказать профессиональный термин. Все автомобили внесены в базу. Достаточно позвонить коллегам из ГИБДД, – это полицейская служба, которая занимается транспортом. – пояснил он. – И за одну минуту они скажут вам все установочные данные владельца.

– Позвонить по этому маленькому аппарату? – спросил Лавр.

– Можно и по нему – улыбнулся Женя.

– А если бы там не было бы фотографии с автомобилем?

– Тогда я бы сделал запрос в «Теле 2» или «Билайн». – и спохватившись, пояснил. – То есть на телефонные станции и мне бы сообщили, кому принадлежит номер. В памяти телефона есть номера её родственников и знакомых, можно выйти на фигуранта через них.

– Я полагаю, – сказал Лавр – что она каким-то образом связалась с нашими бандитами, только вот вопрос, для чего? Я категорически исключаю случайную связь.

– Мне тоже так кажется, – кивнул Пришельцев. – Кстати, Лавр Павлович, что у нас по ограблению ювелирного?

– Есть след, слабенький правда, но есть. За неделю до ограбления, комнату, из которой был сделан пролом, сняла молодая женщина для своего брата, который якобы приехал в Екатеринодар на заработки.