Экстренный розыскъ

– Прекрасное утро, не правда ли? – учтиво начал Лавр.

Девушки переглянулись и прыснули со смеху.

– Вы настоящий светский лев и разбиватель юных сердец! – сказала Хельга.

Лавр смутился.

– Какое же оно прекрасное? Вон тучки собираются, наверное, дождик будет, – добавила Людмила.

– Однако… Вы правы, сударыня! – Лавр произнес это с такой печалью, что все дружно рассмеялись, и неловкость сразу исчезла.

Официант принес заказ, и на некоторое время за столом наступило молчание.

– Вы действительно пробудете в Екатеринодаре месяц? – поинтересовался Викентий.

– Да, мы приехали, чтобы изучить возможность создания филиала московского общества «Сетлемент[107 - «Сетлемент» – добровольные общества интеллигенции, которые вели культурную работу среди городской бедноты. В 1908 году было закрыто полицией за пропаганду социализма среди детей.]». Вы, безусловно, знакомы с этим новым направлением? – спросила Людмила, с улыбкой глядя на Лавра, который судорожно рылся в памяти, хотя твердо знал, что этого слова он никогда не слышал.

Положение неожиданно спас Викентий. Небрежно откинувшись назад, он спокойно произнес: – Ну что ж, весьма благородная цель… работа с детьми, особенно из бедных слоев населения, крайне необходима.

Девушки с уважением, а Лавр с восхищением, посмотрели на него.

– Вы знакомы с работой нашего общества? – удивилась Хельга.

– В общих чертах, – учтиво ответил Викентий, накалывая на серебряную вилку с монограммой гостиницы маслину. – Насколько мне помнится, «Сетлемент» был подвергнут остракизму за пропаганду социализма среди детей?

В глазах девушек мелькнула напряженность.

– Я искренне желаю вам успеха, – улыбаясь, сказал Викентий. – Но что вы возьмете за основу? Опять социализм? Или все-таки привитие трудовых навыков?

Почувствовав, что разговор приобретает неприятное для собеседниц направление, он поспешил сменить тему:

– Если я правильно информирован, на Бестужевских курсах три отделения: историко-филологическое, юридическое и физико-математическое.

– На юридическом, – машинально ответила Хельга, и, спохватившись, язвительно добавила: – Вы случайно не в Министерстве народного просвещения служите?

Продолжая доброжелательно улыбаться, Викентий ответил:

– Нет, я по другому ведомству, но с уважением отношусь к фон-Кауфману[108 - Фон-Ка?уфман П.