Геннадий Селезнёв: о нем и о его времени

Корзинки с рассадой они, разумеется, до дому дотащили, в них зеленело благосостояние семьи на месяцы вперед, но каково было им шагать то по грязи, в которой катались бревна, то по канаве вдоль дороги, да к тому же в сером весеннем мареве, еще до внятных белых ночей! Страшно же. Тогда много ходило слухов, возможно, небеспочвенных, о том, что какие-то бродячие негодяи насилуют и убивают женщин. Дошли, наконец, до дому – замерзшие, грязные – а мама Настя их ждет, встречает. Тут же налила в таз горячей воды, сестры вымылись, насухо вытерлись – и скорее на русскую печку, греться.

А человек, который заставит наконец местные власти построить нормальную дорогу, которую назовут Селезнёвкой, – через полвека, не раньше, когда будет четвертым человеком в государственной власти, – не дождался мамы и тети и уснул: Гена тогда еще и в школу не ходил. (Между прочим, и в городе Серове на Урале тоже есть Селезнёвская дорога, а сам он там почетный гражданин; в Чудском Бору Геннадий Николаевич построил к тому же и школу. )

Вскоре на семейном совете решили, что Вера оставит сына родителям, а сама переберется в Ленинград. После долгих поисков она нашла работу в Осиновой Роще. Тогда это был красивый северный пригород, на территории которого в бывшем дворце располагался военный гарнизон и офицерская столовая, куда Вера, товаровед, устроилась буфетчицей.

В Осиновой Роще – гарнизонном городке – Вере Ивановне выделили комнату в коммуналке. Целых пять квадратных метров! Никакой иронии тут нет. И эта пятиметровка, по площади похожая на закуток тети Оли в родном доме, была в то время чудом.

Аккуратную и привлекательную молодую женщину офицеры сразу отметили. Но она на все комплименты отвечала красивой вежливой улыбкой. Хотя, надо заметить, невольно обратила внимание на одного симпатичного, но редкого посетителя – офицера, который приезжал в Ленинград как командированный из Германии, где находились после войны наши войска.

Да ладно, какие кавалеры?! Вера старалась каждую неделю выбираться из Ленинграда в Чудской Бор, чтобы увидеться с сыном и привезти семье дефицитных городских продуктов, а также какую-нибудь детскую книжечку Гене, цветные карандаши для книжек-раскрасок и школьные тетрадки – впрок.

Гена с предвкушением новизны и порядка пошел в первый класс в маленькую деревенскую школу Чудского Бора, нашел в ней то, что искал, эту самую новизну и порядок, и учился с удовольствием. У него была замечательная учительница Раиса Алексеевна Миронова.