Ведьмины счеты

Крупный прямой нос, резкие скулы, светлая, но не длинная ухоженная борода без малейших признаков седины и традиционный исландский серый свитер из овечьей шерсти с монохромным узором на груди под названием «Лопапейса». Аня разглядела татуировку в виде тигра, примостившегося на шее под ухом мужчины, и разноцветные символы на запястьях, выглядывающих из-под рукавов мягкого свитера. Какое-то время Аня и Эйнар изучали друг друга, прежде чем женщина нарушила молчание:

– Это мои дети: Артем, Марта, Зоя.

– Муж? Партнер? – кратко поинтересовался Эйнар с великолепным британским акцентом, даже не удосужившись бросить взгляд в сторону ее отпрысков.

– Аааа… мужа нет, но не думаю, что это важно.

– Абсолютно нет, – мужчина явно был немногословен.

– Я осмотрюсь?

– Конечно.

Вместе с Гудрун и детьми Аня прошлась по дому и через стекло, насколько позволяла видимость, осмотрела деревянный настил большой террасы, выходящей во двор. «Интересно было посмотреть на вид, открывающейся с нее в ясную погоду, если та, конечно, случается», – продолжала внутренний монолог Смирнова.

Жилье было идеально для нее: современная большая, хорошо оборудованная белая кухня с рабочей поверхностью, установленной напротив окна, и три отдельные комнаты: две для нее, девочек и сына. Главная спальня была просторной, располагала собственной ванной комнатой и была укомплектована широкой кроватью с мягким изголовьем из серой ткани, высокими встроенными шкафами и удобным рабочим столом. Аня мечтательно улыбнулась, чувствуя через шерстяные носки тепло обогреваемого деревянного пола.

– Все дома отапливаются с помощью исландских гейзеров, однако, поскольку гостиная выполненная из стекла, хозяин установил дополнительную печку. Дрова можно покупать неподалеку, а во дворе есть небольшой запас, – вещала Гудрун откуда-то из-за ее плеча и на ходу листала документы на собственность квартиры. – Согласно имеющемуся у меня плану дома, здесь должна быть библиотека, но предыдущие арендаторы, прожившие здесь четыре года, переоборудовали ее в третью спальню.

Аня отчаянно хотела этот дом, признавая, что у Эйнара однозначно есть вкус. Или к дизайну приложила руку его жена – обладательница редкого чувства стиля. Интересно, у дантистов-отшельников бывают жены?

Обойдя все комнаты, Аня, Гудрун и дети вернулись в гостиную. Эйнар сидел на стуле, снова устремив сосредоточенный взгляд в пол, словно желая прожечь там дыру.