Байт V. Возвращение Матери Драконов

 – Мы с тобою все ломали голову – как нам в Та Суил попасть, чтобы треть Сферы у Де Смодонти отжать? Вот возможность сама нас и нашла!

– Ну, если с такой точки зрения то, несомненно, да! – согласился он. – Хватило бы только сил и времени!

– Делай, – и сделаешь! – напомнил я ему и обратился к дракону: – Так почему женщины ничего не заметили?

– Все просто! – произнес Шшлемхх Аинн и задумался.

– Что просто? – не выдержал Всеслав спустя несколько секунд.

– Просто для них ничего и не произошло! – вынырнул из своих мыслей он.

– Как это? Объясни! – попросил я. – Они же тоже получили френд – лист! И ни капельки не удивились!

– И не удивительно! – усмехнулся дракон. – Они же в потоке!

Видя, что мы его не совсем, а точнее совсем не понимаем, он попытался пояснить:

– Приблизительно говоря: в потоке событий данной мировой линии. Хотя это и не линия совсем, я бы сказал: больше на многослойную водопроводную трубу похоже. Сферы, конгломераты миров – Астры и Рангарайдры, плывут по ним. Каждый по своей трубочке, вложенной одна в другую, – меньшая, в более толстую.

А разумные – те как бы, вообще по тонюсеньким капиллярам. Но все в одном потоке…

– А мы? – все-таки не понял я.

– А мы, так уж случилось, – вне потока! – закончил лекцию дракон.

– Это многое проясняет! – вырвалось у меня язвительное замечание. – Прости! Почему?

– Я знаю, почему! – почесав кончик носа, заявил Всеслав. – Если применительно к программному коду – тот, кто все это затеял, объявил нас глобально на уровне объекта «Известная нам Вселенная».

Мы как бы и в потоке кода, но и сами по себе. У нас есть доступ к потоку всегда, к нам можно обратиться из любого места кода. А все остальные люди – локальные переменные, не выходящие за пределы области видимости своих конкретных функций!

– Еще доходчивее! Б… – чуть не выругался я. – Можно я теперь объясню? Чтобы и вам дошло?

«Сяпала Калуша с Калушатами по напушке. И увазила Бутявку…

Калушата присяпали и Бутявку стрямкали. И подудонились.

Калушата Бутявку вычучили.

Бутявка вздребезнулась, сопритюкнулась и усяпала с напушки.

Калушаточки! Не трямкайте бутявок, бутявки дюбые и зюмо-зюмо некузявые.

От бутявок дудонятся.

А Бутявка волит за напушкой:

– Калушата подудонились! Зюмо некузявые! Пуськи бятые!».

(«Пуськи бятые. Лингвистические сказочки». Людмила Петрушевская. Выдержки.).

Всеслав со Шшлемхх Аинном не сговариваясь, заржали.

– Ну, где-то так! – обтирая слезы с глаз, согласился первый.