Байт V. Возвращение Матери Драконов

Действительно, – изображенный на боку высокомерного мужика клинок, имел точно такую же, в тех местах, где ее не касалась ладонь, покрытую шершавой кожей рукоять, а посредине, кожа ящерицы была гладкая от частого употребления меча. Заканчивалась та пустотелым шариком, имитирующим Сферу Миров, сплетенную из массивных золотых полосок.

– Похож! – подтвердил я, тщательно изучив изображение и оригинал.

– И сюда обрати внимание! – Антон указал на скрытую наполовину спиной мужика до боли знакомую хрустальную дольку той же самой Сферы.

Из дальнего конца коридора послышался топот поднимающихся по лестнице охранников.

– Идите уже! – позвала Черта из темноты. Шшлемхх Аинн уже медленно спускался где-то внизу, спотыкаясь и чертыхаясь.

Мы последовали за ним, а Черта вдавила небольшой выступ слева от двери, от чего та медленно закрылась, отрезая нас от приближающихся по коридору преследователей. Оставалось надеяться, что они не в курсе наличия здесь потайного хода, иначе придется сражаться на узкой лестнице в невыгодной для нас позиции.

Снизу донеслось очередное сдавленное ругательство, и сразу за ним последовал грохот.

– Шшлемхх! Ты в порядке? – Антон придержал меня за рубашку, включая неизвестно откуда появившийся в его руке мощный фонарь. Хотя, почему неизвестно, – конечно же, из его бездонного рюкзака. – Давай я пройду вперед, не то он себе все ноги переломает!

– И переломаю! – громко проворчал дракон.

Антон пошел передо мною, стараясь из-за спины Черты подсвечивать фонарем так, чтобы граница света оказалась на три ступеньки ниже поднявшегося на ноги и идущего первым Шшлемхх Аинна.

– Ну, и долго нам еще спускаться? – раздраженно поинтересовался дракон, спустя некоторое продолжительное время. – Чертова червяная дыра!

– Интересно, куда вообще ведет эта бесконечная лестница? – неожиданно печальным голосом поддержала его вампиресса.

– В Аид! – мрачно пошутил Антон. – К ладье Харона…

У меня уже у самого голова начала кружиться от монотонного движения против часовой стрелки. Мы шли уже минут сорок или больше, а ребристая каменная спираль все не кончалась, теряясь своим началом, или концом, во тьме. И это кружение с левым уклоном, вызывало в моем мозгу какое-то смутное брожение мыслей.