Байт III. Звезда и Смерть Шшлемхх Аинна

И присутствуем мы здесь… А черт его знает, почему и в каком виде мы здесь присутствуем! Главное – мы есть! А как, почему, зачем, – это уже совершенно не важно!

Алия некоторое время молча сидела, склонив голову. Затем, подняв личико с дорожками слез на щеках, тихо произнесла:

– Бедные мама и папа! Они так хотели, чтобы я жила! А теперь они совсем одни!

Мы молчали. А чего тут скажешь?

– Они надеялись. Надеялись до самого конца, – продолжила она рассказ, глотая подсыхающие слезы, – и теперь у них, не осталось даже этого! Я давно болела, – рак крови.

Пока она говорила, слезы ее окончательно высохли.

А девочка-то с характером! Быстро переборола жалость к себе. А возможно, она уже давно подсознательно подготовилась к своей смерти, и ее теперь занимала только боль потери, которую чувствуют ее безутешные родители, наверное, действительно любившие ее по-настоящему.

– Но я же, жива! Я мыслю, а значит, – существую! Папа всегда так говорил! – обратилась она с надеждой в голосе ко мне. – Вы же поможете нам выбраться отсюда? Не оставите одних?

– Как можно? – возмутился Серега, нежно погладив ее запястье. – Как ты, могла даже подумать о таком? Мы, своих, не бросаем! Да, Слав?

– Да, брат… – согласился я. – И чужих, – я посмотрел на потерянную в своем горе, такую совсем еще недавно игривую и бойкую амазонку, – тоже! И не из таких передряг вылезали! Так что, не бз.

– Прости меня! – обратилась Алия к Сереге, по-прежнему не забирая своей руки. – За слова сомнения и вранье! Просто, здесь я оказалась не по своей воле. Дружок у меня один в «Мире» был, как я думала, настоящий. Так он меня, сволочь, оркам с окраин в рабство продал…

Она потемнела лицом. Видимо воспоминания, посетившие ее, оказались тяжелыми.

– Нас там, несколько девчонок оказалось. Десять. Долго орки по степи нас на арбе в клетке таскали, принося по одной в неделю в жертву духам своих предков. Праздновали, плясали, дрались, а после, – разрывали на части боевыми носорогами. А останки жертв, на пир падальщикам выбрасывали.

В тот день у них праздник большой был, и нас обеих назначили жертвами. Сначала подружку мою убили, еще с садика мы с ней дружили. Ее этот гад тоже, вместе со мной продал.