А я такая вот, такая боевая, неспокойная я

Она устроила его в приезжей и побежала к маме. Мама как раз собиралась закрыть магазин и тут влетела Леля-Дуся. Запыхавшаяся, она сдернула с шеи косынку и, схватив с прилавка стакан с водой, плюхнулась на стул. Напилась и, утерев рукой рот, ошарашила маму:

– Тосинька, Сашка приехал!

– Да ты што, откуда?

Недавно приехал, нашел меня, я его в приезжей устроила и к тебе. Он пошел к Петру Георгиевичу.

– Ой, лишенько мне, что теперь будет-то? – заголосила мама.

–Да не реви ты, самой тошно! А куда деваться? – идти надо, пока не поздно, мужики, они как петухи, от них всего жди!

– Я одна пойду, Дусенька, а ты Светлану забери с собой к подружке, завтра сразу в садик идите.

Мама шла к дому, не чуя ног. А в дом уже вошел мой отец. Левый только пришел с работы и ставил на плитку кастрюлю с супом. Отец сказал с порога:

– Харламов Александр Иванович.

– Проходи!

Отец прошел к столу. Левый пожал протянутую руку, представился и спросил:

– Щи будешь?

– Буду!

Когда мама вошла в дверь, мужики мирно хлебали щи, стуча ложками.

Она закрыла дверь, и стук ложек прекратился. Левый встал, убрал со стола тарелку на кухонный стол и сказал:

– Мне надо на работу, в котельной авария, приду под утро.

И ушел.

Маму потрясли волосы отца, которые стали совершенно белыми. Она плакала, слушая его скупой щадящий рассказ про страшные годы. Отец сказал, что освободился, устроится и заберет нас, если мама согласна. Завтра вечером уезжает. Мама обещала ждать. Когда Левый пришел, отец уже ушел.

В детсаде Леля-Дуся сказала мне, что приехал мой папа и хочет меня видеть, ждет нас на пригорке. Увидев отца, я прытью помчалась к нему, он подхватил меня на руки и прижал к себе. Я обняла его, мы плакали, а недалеко стояла Леля-Дуся и вытирала слезы кончиком платка. Отец, быстро-быстро проговаривая ласковые слова, гладил меня по голове, сцеловывал мои слезинки и счастливо смеялся. Он мне понравился! На нем было красивое пальто с серым каракулевым воротником и шапкой, которые он забрал у бабы Оли в Сарале.

Потом мы сидели, обнявшись, на большом камне, где он подстелил пальто, и говорили-говорили, счастливые от встречи. Он принес мне в подарок большой кусок сахара, который я посасывала. А недалеко ходила Деля-Дуся и слушала нас, утирая слезы.

Потом мы вернулись в детсад, пора было обедать. Папа поцеловал меня и сказал:

– Светик мой голубоглазый, цветочек мой любимый, анютины глазки, покушай, поспи, а я буду вас ждать на пригорке.