Жернова судьбы

 – Окромя Радеева, я отродясь нигде и не бывал!

«А ведь и правда, – подумал Ванька. –Сидят они всю жизнь на одном месте, газет не читают, книг нет, новости странники перехожие приносят… Тут и барский дом дивом покажется…»

Дойдя до библиотеки, что оказалось делом нелёгким, так как Савва всё время останавливался и что-нибудь разглядывал: то цветы в горшках, то пол паркетный, то потолок с лепниной – всё ему казалось диковинным, Ванька обдёрнул на отроке рубаху, пригладил ржаные вихры и осторожно постучал.

– Войдите! – откликнулся глубокий женский голос.

Парень вошёл и поклонился:

– Это я, матушка!

– Вернулся, дружок! Это хорошо! Ну, где твой протеже? – Елизавета Владимировна поднялась и сложила руки на груди.

– Савва, заходи! – в открытую дверь вошёл невысокий тонкий ясноглазый парнишка, он земно поклонился женщине:

– Доброго вам здоровьичка, государыня-матушка! Дай Бог вам счастья и радости на долгом веку!

– Ладно-ладно, – улыбаясь, остановила его барыня. – Как зовут-то тебя?

– Саввой Ивановым по батюшке кличут, – вежливо ответил Савка.

– А годков тебе сколько?

– Шешнадцать минуло аккурат перед жатвой.

Елизавета Владимировна хотела ещё что-то спросить, но отрок весьма невежливо перебил её:

– Книг-от сколь здеся, Ваня! Отродясь столько не видал! Матушка, это неуль вы всё-всё прочитали?! – ужас, смешанный с восхищением, плескавшийся в его глазах, насмешил барыню, и она рассмеялась:

– Я – нет, а вот он, – она указала на Ваньку, – почти всё прочёл, кое-что наизусть запомнил!

– Да?! – Савка обернулся на друга с испугом.

– Савва, я же говорил тебе, что буду заниматься книжной премудростью, – Ванька почувствовал себя неловко перед барыней.

– Говорить-то говорил… это одно, а вот глазами увидеть – совсем другое! – в голосе Савки послышались наставительные нотки.

– Вполне разумно, Савва Иванов, – опять улыбнулась Елизавета Владимировна. – Что ж, Ваня, покажи своему помощнику, где он будет жить, объясни обязанности и, разумею, надо научить его грамоте да правилам поведения.

– Понял, Елизавета Владимировна.

– Что ж, идите, – барыня села в кресло. – Да позови мне Грушу, Ваня, что-то мне нездоровится слегка, голова болит.

– Бегу, матушка! – Ванька поклонился и торопливо вышел из библиотеки.

– Сенька! – окликнул он пробегавшего мимо казачка.