Крах тирана

– Ну, теперь точно конец Надиру, – заулыбался Сагитав.

– Моголы его слонами затопчут, – заверил Абаш.

– Теперь ему деваться некуда, – согласился Фатали.

– Может, и так, – сомневался Шахман. – Однако Надир оставил управлять Кавказом своего брата Ибрагим-хана, а сам на Индию двинулся.

– Войной пошел? – не поверил Абакар.

– И посулил своим войскам богатую добычу, – объяснял Шахман. – То, что он награбил в Дагестане, – капля в море по сравнению с сокровищами Индии. И теперь под власть Надира переходят даже его бывшие враги.

– Моголы Надиру не по зубам, – неуверенно произнес Абакар.

– Индия – могучая держава, – поддержал Абаш.

– Это верно, – согласился Шахман. – Только слишком богатая.

– Думаешь, он может победить Моголов? – спросил Пир-Мухаммад.

– Индия теперь так же слаба, как Персия, когда ее рвали на части, – ответил Шахман. – Между тамошними вождями нет единства.

– Но ведь у них договор, – сомневался Пир-Мухаммад.

– Договора соблюдают благородные правители, – ответил Шахман. – А Надир – безродный босяк, алчный хищник, мечтающий стать владыкой мира.

Предчувствия Пир-Мухаммада начали оправдываться. Шахман явился вовсе не для того, чтобы облагодетельствовать горцев. И теперь кади ждал, когда Шахман начнет говорить о главном.

– Что же ты предлагаешь? – спросил Пир-Мухаммад.

И Шахман не замедлил с ответом:

– Я много раз предлагал объединить все народы Дагестана, но меня никто не послушал, – с сожалением говорил Шахман. – А по отдельности нам не устоять против шахских полчищ. Значит, нужно с ним договориться.

– Договориться? – гневно воскликнул Абдурахман.

– С этим убийцей, у которого руки по локоть в крови горцев? – возмутился Сагитав.

– С нашим заклятым врагом, кровником всего Дагестана? – поддержал остальных Фатали.

– Старый враг другом не станет, – покачал головой Пир-Мухаммад. – Не получится.

– Разве не бывает, что кто-то сначала воюет, а затем мирится? – старался успокоить аксакалов Шахман. – Или вы хотите, чтобы Дагестан превратился в пустыню, где звери будут глодать наши кости?

– Пусть только попробует сюда явиться, – процедил Фатали.

– Многие пытались, да не вышло, – добавил Абаш.

– Он слишком много о себе возомнил, – кивнул Абакар.