Ахульго

– Брат мой, – сказал Шамиль.

– Если ты согласишься принять на себя звание наиба, ты окажешь мне честь и как имаму, и как твоему другу.

– Благодарю, Шамиль, – кивнул гость.

– Наиб Ага-бек не уронит своего звания.

В дверях мечети появился Юнус.

– Извините, что прерываю вашу бесед у.

– Говори, – разрешил Шамиль, знавший, что Юнус не стал бы понапрасну их тревожить.

– Прибыл посланец от Ташава-хаджи. У него важные новости.

– Я пойду полюбуюсь на твою крепость, – поднялся Ага-бек, желая оставить Шамиля наедине с новым гостем.

– Останься, – удержал его Шамиль.

– От тебя у меня секретов нет.

– Затем сказал Юнусу: – Пусть войдет.

Посланцем Ташава оказался юноша, который ездил по аулам как странствующий дервиш. В кувшине для омовения, который он возил с собой, было двойное дно. Оттуда он и достал письмо наиба.

Ташав сообщал, что в крепость у Эндирея прибыл большой начальник, генерал, который заменил умершего Вельяминова, того самого, который обстреливал из пушек башню в Гимрах, когда погиб первый имам.

Отпустив посланца, Шамиль сказал:

– Я знал, что они снова пойдут на нас.

– А я слышал, что ты заключил с ними мир, – сказал Ага-бек.

– Заключил, когда генералу Фезе некуда было деваться, – горько усмехнулся Шамиль.

– И он первый его нарушит, если почувствует свою силу.

– Посмотрим, – сказал Ага-бек.

Вдруг неподалеку раздались выстрелы.

– Что это? – удивился Ага-бек, хватаясь за кинжал.

– Не беспокойся, – улыбнулся Шамиль.

– Думаю, это хорошая стрельба.

В дверях появился сияющий Юнус.

– Поздравляю, имам! У тебя родился еще один наследник!

– Спасибо, Юнус, – ответил имам, снимая со стены свой пистолет и вручая его мюриду.

– Это тебе за радостную весть.

Когда Шамиль и Ага-бек вышли из мечети, к дому Шамиля уже спешили женщины. Завидев имама, они бросали на ходу:

– Пусть сын твой будет счастлив!

– Да порадует он отца!

– Пусть жизнь его будет долгой!

У дома Шамиля уже собрались мюриды и остальные жители Ахульго, и все поздравляли имама и пожимали ему руку по горскому обычаю.

В доме Шамиля собрались его родственницы. Одни готовили еду, а другие наряжали детскую кроватку. Это была деревянная колыбель с полукруглыми ножками, на которых она раскачивалась. Таким же округлым был и верх колыбели с продольной перекладиной.