Красный блокчейн

Заглянул в продуктовый магазин, снова удивившись непропорциональному обилию фруктов и овощей, а потом вышел без покупок. Зашёл в аптеку. Купил там бепантен. Зачем-то завернул на обратном пути в хозяйственный. Побродил между высоченных полок, вспомнил вчерашние слова мастера, и приобрёл упаковочную плёнку, чтобы перевязать руку.

Вернулся к себе. Промыл в раковине тату, стараясь касаться кожи только кончиками пальцев – чтобы не тревожить место надписи. Промокнул. Намазал. Завернул в плёнку, поднимая руку. Долго с этим провозился – было неудобно разматывать катушку одной рукой.

Хорошо было бы попросить кого-нибудь помочь, конечно. Хунбиш справился сам.

Заставил себя заварить большое ведро лапши с говядиной. Не спеша поел. Понял, что больше не может находиться в таком режиме ожидания – всё пропиталось каким-то тягостным мороком, и время словно бы специально не желало двигаться к нужным цифрам на часах. Нужно было идти куда-нибудь. Неважно, куда. Просто двигаться.

Он шёл по московским улицам пешком.

Времени в запасе было много. Наступил поздний час пик, когда главные пробки уже помаленьку начали рассасываться, но всё равно на дорогах стоял густой гул.

Зашёл в парк. Там на лошади катали девочку. Она гордо и свысока смотрела на гуляющих с колясками мамаш, пыхтящих бегунов, лавирующих между людьми самокатчиков. Мимо проехал грузовичок, забитый спилами деревьев. В закутке между кустов стояли полукругом старушки, держа перед животом руки с растопыренными пальцами – собирали энергию, глядя на молодого улыбчивого ведущего.

Хунбиш сел на скамейку. Достал телефон. Рядом пропрыгала белка. Хунбиш залез в карман, и белка остановилась. С одной стороны пасти у неё вверх торчал неестественно длинный клык. Белка не выглядела милой.

В кармане у Хунбиша не нашлось ничего съедобного, и он показал ей пустые руки. Белка двумя прыжками оказалась у дерева, растопырила лапы, закрепилась, и быстро поднялась наверх по стволу. Перевернулась вверх ногами, замерла и стала косить на Хунбиша.

Потом сделала кое-что странное: резко и угрожающе качнулась на него, вытянула губы дудочкой, отчего её нос сморщился, и зарычала – натурально, как медведь. Грудным рыком. Вибрирующим. Только негромко. Выглядело это страшновато. Хунбиш отвернулся.

Рядом села девушка, не поглядев в его сторону. Хунбиш хотел заговорить с ней, но не знал, как это сделать. Он начал листать телефон, а потом решился:

– Здесь белка, – сказал он. – Вот на этом дереве. Она рычит.