Детский мир. Книга вторая. Воины на крайний случай

Годовой гиперсон в Хранилище сказался негативно на всех, кому в момент засыпания было больше четырнадцати лет. Вскоре после пробуждения у них появилась гипнолепсия – они могли внезапно заснуть даже днем. Даже стоя или на ходу. Обычно всего на несколько минут, но иногда их сон мог длиться и несколько часов. Чаще всего это случалось от сильного волнения.

И на время такого сна многие дети уже с двенадцати лет заменяли их на особо важных рабочих местах. А раз работали они как взрослые, то и участвовать в выборах как взрослые тоже могли.

Постепенно и засыпающие взрослые, и заменявшие их дети к такой жизни привыкли. Компания в это время себя никак не проявляла. Не прилетали ее корабли, не приходили по волне деформации пространства капсулы варп-сообщений.

Колонистов это нисколько не огорчало. Обособленная жизнь позволяла им сохранить от посягательств нахлебников всех мастей свое маленькое, но, наконец-то, справедливое общество, где каждый сколько поработал, столько и поимел.

А детей от необходимости работать, как прежде, освободили. Ребята учились в школе и лишь некоторые в свободное от учебы время по очереди дежурили возле взрослых, готовые заменить их там, где это было крайне необходимо.

Зато в каникулы им хватало времени и просто на отдых, особенно после того, как выполнят летнее домашнее задание. Как раз из-за такого задания и летели ребята на катере к Восточному заливу. Вернее, для этого летела Ива – ей поручили описать его подводную флору и фауну.

Ребята подросли и часто уже звали друг друга по именам, а не по игровым прозвищам. Белка и Джем в разговорах теперь почти всегда были Аня и Тим, Зуба на Алекса тоже заменяли, но реже, а Ива и Мила и так были Ивой и Милой. Только Скип почему-то не любил, когда его называли по имени, и лишь от Ивы благосклонно принимал обращения Миха или Миш.

Сейчас он тоже был недоволен, но по другой причине – высотный катер Зубу разрешили взять лишь до обеда и, чтобы слетать к Восточному заливу, выполнить там задание и успеть вернуться, всем им пришлось вставать очень рано. Скип не выспался, а поспать он любил. И, поскольку окружающие красоты его интересовали мало, уже через десять минут после взлета он задремал в своем кресле.