В Блокаде (зимний триптих)

Он тебе изложит факты, вымыслы, проповеди морально-патриотической окраски, будь то Толстой или, скажем, Чернышевский, или Сейран Карапетян, работник телевидения Степанакерта…

На весь 20-й век в Русской литературе случились лишь 4 настоящих писателя, что смогли потрясти меня, читателя, всерьёз и надолго – Булгаков, Платонов, Зощенко, Шаламов. Однако все они из первой половины столетия. (За что?! Ещё хочу!) Тогда как вот у них – там, за бугром, отсчитывая с 70-х, и Пинчон тут тебе, и Уоллес, если поминать одни только вершины.

Обидно ж даже как-то, ведь мне в школе прививали любовь к литературе Русской…

Из чего складывается писательское ремесло?

Во-1-х, из владения материалом – не только знать словарь на 0.5 % минимум, но и уметь сложить нужное тебе—отсутствующее у всех Далей с Ожеговами, однако живущее в языке в ожидании, когда ты его откроешь—Слово. Классический пример тому – находка Достоевского, глагол "стушевался".

Во-2-х, понадобится умение слагать предложения из слов, которыми владеешь, чего от школы ждать бесполезно, там обучают только названиям входящих в него членов.

У истинного писателя каждое (КАЖДОЕ) предложение – это пейзаж в оконной раме, заглядываясь на него всякий раз обнаруживаешь новые детали. Одного лишь этого—умения обращаться со словом и складывать пейзажи—достаточно, чтобы немногочисленная проза Андрея Белого превзошла все тома Шолохова, Шукшина и массы прочих маститых излагателей из Союза Писателей. Макулатура и литература отнюдь и далеко не равнозначны.

И в 3-х, твои литературные поделки, по ходу сюжета, должны нести в себе какую-нито мысль, желательно новую. Вот и все дела! 1, 2, 3 и ты – писатель!

Да, но прежде всего задумайся и покрепче: оно тебе надо? Ведь ничего бесполезнее литературы и вообразить невозможно! Её невозможно ни есть, ни одевать, ни рубить дрова ею…

(– Ха! Да чё ты гонишь? А как же дачи писательские? Льготы? Ордена? Привилегии?.

– Ара! Тормози! Это всё для излагателей, для дармоедов, что присосались пить кровь трудовых масс, по примеру М.

Горького, который объяснял чекистам какие они молодцы, классные ребята и за это пушисто жить, мягко спать и ест до отвалу, пока «чертяки в кожаных тужурках», за его спиной, куда он не заглядывал, вели к стенке живых людей – обращать в трупы во имя великой идеи воспетой Буревестником Революции. Теперь он начал воспевать убийц, но устно – Председателю Совета Писателей СССР и так писанины хватает.