Пришествие. Киберпанк

Мы все думаем, что такое справедливость?

Что этот мир все же справедлив?

Но я позабыл это понятие, подтер свою жопу этим понятием и смыл в унитаз, когда впервые убил человека – местного упыря нарколыгу, насильника женских сердец.

Однако я все равно становлюсь ее слугой.

Зная то… что она есть.

– Мне холодно, – дрожащим голосом говорит она.

Я беру одеяло, на котором моя засохшая сперма, бросаю его на пол, на котором разбросаны пакеты со спидами и парочка баночек дешевого синтетического пива.

Моя металлическая рука, которая не является моей врожденной частью тела, а лишь приобретенной, залезает ей в трусы и ничего не чувствует, лишь ее тяжелое дыхание.

– Мне холодно, – сквозь стон говорит она.

Я ускоряю свой темп.

Мы поднимаемся на этаж выше.

Все выше и выше.

К небу.

К Богу.

А порой спускаемся снова вниз, нажав кнопку лифта, чтобы купить хлеба и пачку кефира.

Она кладет свои руки на мою холодную железную руку.

Противостояние между человеком и машиной.

Я еле притрагиваюсь к ее правому уху и почти шепотом говорю ей:

– Тогда пошла нахуй отсюда. Даю тебе пару секунд.

Девушка выпучивает свои зеленые глаза и в шоке не понимает, что делать. Как такой охуенный, романтический, молчаливый парень превратился в отбросы общества.

– Я не шучу, – говорю ей я. – Знаешь, почему у меня нет руки? Мне отрезали ее местные авторитеты за то, что я убивал правой рукой, сносил им бошки, резал, кромсал.

Конечно я же ей налечил, однако в такие моменты я люблю наблюдать за людьми.

За их страхом.

Где умирает твое эго и человек предстает перед тобой таким, какой он есть.

Боязливым никчемным существом, мечтающим выжить.

Девушка вскакивает с кровати и в спешке собирает свои дорогие вещи и надевает на роскошное тело, цепляя на правую ногу мой фирменный ремень, на котором я мечтал повеситься.

Я же слушаю ее суетливую тишину, сижу на кровати, уставившись в одну точку.

Девушка почти оделась.

Быстро накрасила лицо и остановилась.

– Кто ты все же? Какой-нибудь маньяк-насильник? Какому-то мудаку с района никто не поставит имплантат вместо руки.

А она стойкая девочка.

Обычно местные шлюхи из бара выбегали из этой квартиры, затыкая свою анальную дырку большим пальцем с маникюром.

– Ты не боишься меня? – продолжаю снова играть ей.

– Боюсь. Но я хочу знать, кто ты, – она стоит возле двери и ждет от меня ответа.