«В лунном сиянии…»

«Надо поехать туда, увидеть Катю, забрать ее и увезти», – думал он, но, вспоминая слова матери о болезни Полонского и грозящей их семье нищете, Евгений опускал в бессилии руки и чувствовал безысходность. Конечно, будь он богат, непременно заплатил бы все долги Полонских и не отдал бы Лошаковским Катю, но откуда такие деньги у вчерашнего юнкера?! Да и семья его никогда не была богатой. Имение обеспечивало, конечно, кое-какой достаток, но особых излишеств не было.

Все это проносилось в голове Евгения, когда он ехал в поезде из Петербурга, а потом на высланной отцом из Хомутинино за ним тройке.

Было начало декабря, но зима уже вступила в свои права. Снега было много, да и морозец заставлял кутаться в тулуп. Ветер поднял снежную круговерть, и только заливистый звон колокольчика давал понять встречному, что едет тройка. А вот и родительский дом. Евгений взбежал на крыльцо, открыл дверь и тут же оказался в объятиях отца:

– Ну, покажись. Ишь какой бравый офицер.

Троекратно поцеловались с отцом, и вот уже мать повисла на шее у сына.

– Евгений, сынок, наконец-то ты приехал. А мы тебя ждем-ждем. Каждый день на станцию отправляем Никиту на тройке.

– Ну и куда служить едешь? – спрашивает отец.

– В N-ский егерский полк. Он в Малороссии, в небольшом городке Екатеринославской губернии.

– Ну что ж, места не самые плохие, но все равно – глушь.

– А я думаю, со временем в Академию Генерального Штаба поступать, так что не век мне в глуши сидеть.

– Это правильно.

– Сынок, пойдем за стол. Поешь с дороги сначала, а то ведь голоден, наверное, – говорит Анна Владимировна и, беря сына за руку, ведет в гостиную.

– И правда, пусть сначала поест, – соглашается отец и идет за ними.

Семья садится за накрытый стол, и Евгений с аппетитом ест домашнюю снедь.

– А мы ведь собираемся на свадьбу ехать, – говорит Владимир Андреевич, и на молчаливый вопрос в глазах Евгения добавляет:

– Полонские выдают Катю замуж за Леонида Лошаковского.

Евгений побледнел, встал из-за стола и тихо сказал:

– Спасибо, я уже сыт. Извините, устал, – и ушел в свою комнату.

– Зачем ты ему сказал о свадьбе? – упрекнула мужа Анна Владимировна.

– Он бы все равно узнал, – ответил Владимир Андреевич.

– Да, так вот совпало: его приезд и эта свадьба, – тяжело вздохнув, сказала жена.

– Ничего. Уедет на службу и, глядишь, успокоится.