Выживший: Набирая очки опыта

 – Что мне опять не хватит какого-нибудь навыка, чтобы нормально охотиться на зайцев?

– Нет, с навыками охоты именно на зайцев у тебя все в порядке. Другое дело, что ни обычно уходят врассыпную. То есть по направлению к реке их будет все меньше и меньше…

– Ну хотя бы половину дороги я могу пройти? – настаивал я.

– Ты – последний эгоист. Ты готов лишить меня еды, а если бы здесь было больше людей, то наверняка лишил бы каждого из них нормального пропитания, лишь бы все было именно так, как того хочешь ты.

– Нет, я…

– Твои живые консервы ждут тебя, Бавлер.

Глава 34. Урожай

Старик накинул на меня связку силков и, даже не показав, как их можно разрядить, вытащив зайца, ушел прочь, причем молча.

Конечно, он обиделся, и я это прекрасно понимал, но он тоже не желал видеть, чего хочу я. А я по-прежнему не верил, что здесь нет других людей.

Безумным он мне не показался ни разу за эти три дня. Но и люди бывают разными. Кто-то готов притворяться неделями ради того, чтобы получить долгожданный приз.

Но с меня нечего взять, да и старик – не людоед. И не псих. Так, может быть, он и вовсе не врет про то, что рядом никого из людей не водится? Если он прав, тогда это – конец.

Мне всего шестнадцать лет, а я уже думаю о том, что жизнь – тлен.

Я закрыл глаза и прислушался к звукам вокруг. Никакой тишины. Все шумело. Лес, поле, пели птицы, кто-то где-то попискивал. Рядом было полно жизни. И еды.

А если есть еда, то нет ничего, что могло бы меня остановить. В теплое время года, разумеется.

Я принялся искать в поле новые норы. Но, как говорил Отшельник, шуметь я не собирался. Кроме его слов, я также подумал и о том, что зайцев может не быть в норах. А каждая загубленная таким образом норм – это серьезный просчет в нашем будущем питании.

И сам же себя поправил: сейчас раннее утро. Настолько ранее, что солнце еще нежится на горизонте, а не над ним, как я привык его видеть. И едва ли травоядные такие психи, чтобы выбираться ночью за едой, а только днем приходить спать.

Учитывая, что почти ничего не знал о мире вокруг себя, да и про живности имел лишь общие представления и не более того, я в целом даже воодушевился разумностью своих мыслей.