Горячий декабрь

 – Мы совсем забыли о нашем госте. – В упор взглянул на Денгофа, – Итак, мы слушаем: зачем вас прислал генерал Чернышев?

Гость выдержал взгляд и спокойно ответил:

– Быть полезным Великому князю.

– Но, что у вас за… как сказать… функция?

– Предупреждать неприятности.

Бенкендорф начинал терять терпение. Произнёс с нотками угрозы:

– Поймите нас правильно, если бы я не знал генерала Чернышёва, как боевого товарища и весьма прозорливого человека, я бы вас тут же арестовал.

– Я вас понимаю, – невозмутимо согласился гость.

– Так, если понимаете, будьте добры выражаться яснее, – потребовал Бенкендорф.

– Прошу меня простить, но я сам ещё не знаю своей миссии, – извинился граф Денгоф.

– Ну, господа! – возмущённо воскликнул Бенкендорф, откинувшись на спинку стула.

– Вы, всё же, очень похожи на поляка, – решил перевести разговор Адлерберг, чтобы погасить напряжение.

– Да. – Гость слегка пожал плечами. – В России меня принимают за поляка, в Германии – за эльзасца, во Франции – за нормандца, в Италии – за пьемондца, в Англии – за шотландца.

– А в Англии что вы делали? – подметил Бенкендорф.

– Я там служил. Вернулся только вчера.

– Вы над чем работали? – попросил уточнить Бенкендорф. – По торговой части?

– Я собирал сведения, – неопределённо ответил гость. – Исследовал рынок. Занимался банковским делом, транспортом, издательством – всего понемногу.

– Но, позвольте, вы так и не сказали, от каких неприятностей должны меня ограждать? – напомнил Николай Павлович.

 – У меня достаточно адъютантов. Времена нынче мирные. В стране всё спокойно. Я только недавно вернулся из инспекторской поездки: был в Бобруйске. Вскоре готовлюсь провести смотры инженерного училища и гвардейской дивизии. Что за неприятности меня могут подстерегать? Объясните!

Но вопрос повис, так, как в это время вошёл дежурный офицер и доложил: прибыл генерал-губернатор Петербурга, граф Милорадович. Просит срочно аудиенции.

– Странно! – Николай Павлович взглянул на большие напольные часы.

 – Генерал-губернатор должен сейчас быть на заседании Сената. – Пусть поднимается к нам.

– Он попросил вас лично, – учтиво ответил дежурный офицер.

– Простите, господа. – Николай Павлович отставил чашку с недопитым чаем. Пожал плечами. – Ничего не понимаю. Но коль генерал-губернатор Петербурга просит аудиенции тет-а-тет, – не имею права отказать, – и вышел вслед за офицером.

– Давно вы знаете генерала Чернышёва? – допытывался Бенкендорф у гостя.

– Давно.