Аз есмь Путь, и Истина, и Жизнь

– Нужно ли чем-то тебе помочь? Видишь сколько со мной молодых и полных сил людей, – улыбнулся Йешуа.

– Нет. Что ты. У нас всё хорошо. И по хозяйству, и по дому, и вообще.

– А где же Йаков с сёстрами?

– Так у нас же праздник! – радостно засияла глазами мать.

– Что за праздник, мама?

– Шимон, сын Йосефа, женит своего сына Давида, – улыбнулась Марьям. – И все твои сродники Йаков, Йосий, Йехуда, Марьям и Шеломит, тоже там будут. Хоть увидишься с ними. Три дня уже прошло от начала свадьбы. А мне всё недосуг как-то было.

Вот прямо словно сердцем чувствовала твой приход.

Иоанн при этом известии радостно вскрикнул, а старший брат с улыбкой, взъерошил ему волосы.

Марьям ласково, но с долей грусти в глазах, посмотрела на сына и пришедших учеников.

– Как же ты исхудал за всё это время.

– Порой было трудно мама, но Отец заботится о каждом из нас. И теперь уже всё хорошо.

– Да что же это я? – всполошилась хозяйка. – Ведь вы с дороги, устали, а я разговоры разговариваю. Сейчас что-нибудь соберу поужинать.

Пришедшие иудеи сразу же повеселели, а Йешуа остановил мать, нежно обняв её сзади за плечи, тихо произнеся на ухо:

– Жено, не стоит так беспокоиться. Если нас звали, то не стоит этим пренебрегать. Значит люди ждут и надеются. И мы должны отвечать им взаимностью и любовью, несмотря на все их прежние обиды.

И немного отстранившись от Марьям, обратился уже к своим ученикам.

– Андрей, Иоанн, Шимон, Йаков, Филипп, Натанэль. У моего сводного брата из Каны, уже три дня идёт праздничный, свадебный пир.

Нас туда тоже приглашали. И будет совсем непочтительно по отношению к нему, если мы задержимся ещё дольше. Поэтому, давайте поспешим туда прямо сейчас, пока ещё совсем не стемнело. Тем более идти тут совсем недалеко.

Иудеи с радостным весельем восприняли эту новость. Потому как свадебный пир это и приятное общение, и богатый стол, и вино.

***

Когда они подошли к селению, солнце уже склонилось за горизонт. Но дом, в котором происходило празднование, угадать было не сложно.

Вокруг огороженного невысокой стеной дома, горели зажжённые факелы, а внутри разносилась музыка и гомон весёлых голосов.

– Мазаль тов! Шалом алэйхэм! Мир вам, – поприветствовал Йешуа, входя внутрь двора.

– О! Алэйхэм шалом! Как я рад вас видеть! – от мужской половины застолья поднялся мужчина степенного возраста, подходя к вошедшим.

– Мир тебе Шимон, – с улыбкой раскрыл руки для объятий Йешуа.

– Да будет милостив к вам Всевышний.