Падение. Том 2

Как говорил мой родственник Остап Бендер, надежду женщины нельзя убивать, ради этого даже женился, помнишь?

– Во-первых, он такого не говорил, во-вторых…

Не дал договорить:

– Не говорил, значит, так думал, иначе бы не женился на той мадам, не помню, как звали, то ли Гриценко, то ли Грищенко, или Геращенко. Что во-вторых?

– Во-вторых, ты так же драпаешь, как твой родственник, от женщин. Кстати, почему ты его родственником называешь?

– Отвечу в твоем стиле: во-первых, я драпаю не от женщин, а от их мужей, а во-вторых, он мой родственник, потому что у меня папа тоже турецкий подданный, но ты об этом никому не говори.

– Слушай, когда ты хотел увольняться со службы, почему не сделал этот факт случайно известным? Тебя бы вмиг выперли.

– Да, выперли бы вмиг, но потом куда бы я устроился, разве что инженером по обработке верхних слоев асфальта! Они там у образованных дворников в трудовых такие записи делают. Туда приходят люди за квартирой, чтобы не портить книжку, делают такие записи.

– Понял тебя от и до, давай отправь тогда и сейчас свою совесть куда подальше, чтобы не путалась под ногами.

Мы делаем доброе дело, а она нам мешает. Все равно миром правит добро, не унывай.

– Не знаю, к чему ты приплел эти понятия сюда, какое доброе дело мы делаем, а если по мне, то я вообще не понимаю, что оно такое. Во все времена миром правило и правит зло. Вспомни историю, был ли хоть какой отрезок времени, чтобы в мире было благоденствие? Одно зло сменяло другое, они вначале лозунги выдвигают благородные, а потом встают на путь своих бывших противников, только более жестоко двигаются, как говорится, учитывают ошибки, только не в сторону улучшения жизни масс, а чтобы удержать приобретенные позиции.

Веками система правления в России приучала народ к мысли, что последующая форма будет гораздо хуже. Они это показывали на деле, и эта мысль уже осела в мозгах народа, в генетической памяти. Почему происходили события в соцстранах, как ты думаешь? Потому что у них в мозгах другая программа.

– Я тебе скажу немного по-другому. Система правления не приучала народ ни к какой мысли, она просто учитывала характер мышления народа и строилась сообразно с этим мышлением.

– Можешь яснее выразиться, какой образ мышления у народа?

– Могу и очень легко. Образ мышления рабский. «Славянин» переводится со многих языков – с английского, греческого и еще с какого-то – как «раб» и никак не по-другому. Рабам свобода не нужна, более того, они ненавидят ее.