Ангел Спартака

Только бы не убили, только бы винца вечером глотнуть.

Говорю, а сама словно не здесь, словно я еще там, в душной комнатке-клетушке, где спрятали моего бога. И действительно! Как вышла оттуда, не помню, как до «Слона» добралась – тоже. И утро не помню. Аякс одноглазый мне о чем-то толкует, важном, кажется, а я только улыбаюсь. Будто бы все кончилось, будто я уже победила, сгинули враги, а мы с моим белокурым одни на всем свете.

Потом опомнилась, конечно. Только не вся – зацепилась душа за скобу железную, что Эномаеву клетушку запирает.

Зацепилась, порвалась… Эх, не ко времени вспоминать!

– Крикс говорит, что такое во всех школах. Всюду «ячменников» больше. Потому и не боятся римляне гладиаторам мечи в руки давать. «Ячменникам» лишь бы день лишний прожить, не станут они зря жизнью рисковать.

– Так их же что ни день – и режут! Чего же они?

Точно – Ресий, Рес Младший. Не понимает парень. Он не понимает – и я не слишком.

– Каждый на судьбу надеется, – гудит Ресу. – Человек – он скотина хитрая, все выжить норовит.

А как выжить проще? По течению плыть, вот как! Может, и не утонешь, может, еще побарахтаться дадут.

Вот и Носящий Браслет мне о таком говорил.

– Крикс понял, что гладиаторов на бунт не поднять. Не выйдет! Ни в Капуе не выйдет, ни в Пренесте, ни, понятно, в Риме. Он и его товарищи решили просто бежать, это не так и сложно, если с воли помочь. Но вот недавно в школе появился… другой.

Другой… Другой… Другой… Чужая ладонь, чужое дыхание, чужой взгляд.

– Он… Крикс говорит, что этот другой – особенный, не такой, как остальные.

Не боится ничего. И верят ему. Он сумел многих уговорить и не на побег – на бунт. Но с Криксом договариваться не стал. Так и сказал: со мной – или без меня.

– А сам-то он за кого?

Хороший вопрос, Реса! В самое яблочко!

За кого – Крикс так и не узнал. Не за Италию. Не за Митридата даже. Против Рима? Ясно, что против, только против – мало, такое даже мне понятно. «Со мной – или без меня». Довериться? Доверить все: остаток народа, последнюю надежду, нашу Италию? Но кому?

– Так с ним и уговор заключить! Чего нам делить-то?

– Воевать все равно на нашей земле придется, куда он, гордый такой, денется?

– Сотня-другая гладиаторов – сила, конечно, но они – центурионы без войска.

А войско – мы. Договоримся!..

Не все так просто, братья, не все так просто!

– Не все так просто, – проговорила вслух. – Крикс считает, что в таком деле сомнений быть не должно. И прежде всего – в вожде.