Сын Нила

Но вот ты тут!

Аменхотеп не слушал девушку, чем неприятно напомнил ей себя вдетские годы – тогда юный принц тоже предпочитал не обращать внимания на других, выстраивая собственное представление о окружающем. Правда тогда принц не был так близок к правде, как сейчас.

– Да и обморок… я выбирал невесту так, что бы ты могла выносить и родить детей. Никаких слабостей в твоём здоровье не нашли не служители, не жрецы. А потому, дорогая моя, что происходит? И в этот раз без семейных чувств, у нас с тобой никогда не было подобных взаимоотношений.

Нефертити молчала. Сказать принцу в лицо все свои подозрения для неё было сродни самоубийству. Да и сейчас, в храме, среди служителей и слуг, все подозрения становились какой-то ерундой впечатлительной девушки. И только порезанные пальцы продолжали напоминать, что ничего Нефертити не приснилось.

– Я хочу понять что случилось ночью, – набравшись смелости заявила она.

– Брачной? – Насмешливо уточнил принц, заставляя затаившихся служителей тихо захихикать.

– Брачной, – спокойно подтвердила девушка и, подойдя к мужчине, решительно положила раненую руку ему на плечо. Тёплое и гладкое.

В первое мгновение принц, казалось, растерялся, но через мгновение выражение лица сменилось на холодное и жёсткое, а в глубине чёрных глах промелькнули жёлтые искры.

– Заметила значит, – чужим шуршащим голосом сказал Аменхотеп. А после резко развернулся, схватив девушку за руку и потянув к выходу из храма.

Храм Амона стоял прямо на берегу Нила, в красивом тихом месте, позади шумных дворцов и торговых площадей, а потому принц с Нефертити вскоре вышли на пустныный тихий берег. Спокойной негромкий голос Аменхотепа заглушался плеском вол Нила, создавай ощущение того, что не смотря на абсолютную открытость площадки, они здесь только вдвоём.

– Любой рассказ стоит начинать сначала. А вначале были боги.

Принц, крепко держа девушку за руку, начал свой рассказ с очень уж, с точки зрения Нефертити, далёких времён. Но поторапливать или перебивать Аменхотепа она не собиралась.

– Но эта земля вскоре наскучила бессмертным и они бесследно покинули людей. Лишь только Гор, вопреки своей божественной природе, сочетался браком с человеком и породил династию фараонов.