Длань Судьбы

– Его отравили, – подсказал мне Марон, – и ты была права: если бы мы пришли на десять минут раньше, я бы успел его спасти… По долгу службы у меня с собой есть универсальный антидот. В случае Господина Юзвеса он мог бы помочь.

Марон произнес это без какого-либо сочувствия – только констатация факта. То ли он уже опытным путем знал, что не все возможно, даже если очень хочется, то ли он действительно ничего не чувствовал.

– Чем его отравили? – поинтересовалась я, разглядывая бумаги, лежащие на рабочем столе убитого владельца типографии.

Все сомнения о том, что его не убили, отпали.

Среди бумаг пока попадались лишь договора и счета. Ничего из того, что могло зацепить мое внимание. Я предусмотрительно не прикасалась к документам и пальцем, только осматривала глазами.

– Это сок лактусовой кромовни?ки, если судить по образовавшейся характерной пленке на глазах и вываливающейся изо рта желто-зеленой пены… Опасная, хочу заметить, ягода. Достать ее не так-то просто, но возможно, если знать где.

Официальное подтверждение моих домыслов никто не отменял, поэтому придется ждать заключения специалистов, – буднично произнес Марон, а в заключении речи посмотрел в мои глаза.

От его зловещего и обещающего расплату убийце вида меня пробрала дрожь. Я инстинктивно обхватила себя руками и нервно переступила с ноги на ногу. Не хотела бы я знакомиться ближе с таким Мароном, с меня вполне достаточно общения с его не самой воспитанной стороной.

Он заметил мои бесконтрольные действия, и они даже повлияли на него. Это было несколько странным и удивительным. Марон поморщился, будто только что съел листик лимонника, и выражение его лица сменилось на более-менее нейтральное и перестало вызывать желание последовать за помощником почившего Господина Юзвеса как можно быстрее. Марон, сделав вид, будто ничего такого и не произошло, продолжил пояснять мне происходящие вокруг обстоятельства:

– Яд из лактусовой кромовники отсроченного действия, соответственно, смертельная добавка попала ему в рот еще утром.

Для начала проверим домашних… – заключив это, он снова пристально посмотрел на меня, что-то взвешивая и решая про себя. – Хоть мне и искренне жаль Жоржа Юзвеса, но какое же удачное стечение обстоятельств для расследования.

– Я тебя поняла, – еле слышно ответила я, отметив в уме, что этот человек страшен, невероятно циничен и бездушно холоден.