Жизнь Миларепы

Я крайне опечалился, но подчинился, так как сильно стремился к дхарме. Я отнес глину и камни с треугольной башни на прежнее место. В то время из-за тяжелой работы у меня на плечах образовались язвы. Я подумал: «Если я покажу их ламе, он только поругает меня. Если я покажу их жене ламы, она подумает, что я этим хочу подчеркнуть, какую тяжелую работу для них выполняю». Поэтому я никому не говорил о своем недомогании, а только слезно просил жену ламы помочь мне получить учение. Мать пошла к ламе и сказала:

– Твои бессмысленные затеи со строительством башен приносят Великому Магу одни мучения.

Лама отвечал:

– Приготовь для него хороший обед и позови его.

Она приготовила обед и привела меня. Лама тогда сказал мне:

– Великий Маг, не надо лгать и говорить, что я говорил то, чего я на самом деле не говорил. Но так как ты хочешь учения, я дам его тебе.

И он дал разъяснение о Трех Драгоценностях и основных заповедях. В заключение он сказал:

– Это основа для всех.

Его рассказ усилил мою веру, и я не мог сдержать слез. Я поклялся сделать все, что лама ни попросит.

Спустя несколько дней лама взял меня на прогулку. Во время прогулки мы подошли к месту, на котором родственники ламы договорились ничего не строить и которое теперь ими охранялось.

Здесь лама остановился и сказал:

– Теперь ты должен построить обычную, с квадратным основанием белую башню в девять этажей, с надстройкой, образующей десятый этаж. Этот дом не будет разрушен. После окончания строительства я передам тебе тайное учение и буду обеспечивать тебя всем необходимым, пока ты будешь находиться в затворе[58 - Затвор – уединенное отшельничество.], практикуя медитацию.

– Нельзя ли пригласить твою жену, чтобы она засвидетельствовала эти слова?

– Что ж, можно, – сказал лама.

Лама в это время чертил план дома на земле. Я привел жену ламы и в присутствии обоих сказал:

– Я уже построил три дома, но каждый их них мне пришлось разрушить. О первом лама сказал, что недостаточно хорошо обдумал план; о втором – что был пьян, когда давал распоряжение; о третьем – что был вне себя, сумасшедшим и потерял память.