Ты же выжил, солдат!

Это был один сплошной, состоявший лишь из тревоги отрезок времени… Прошло ровно полтора года с той поры, как Фатулла, уже самостоятельный врач, лейтенант, командир медицинской части, работал в полевом госпитале. Раз в два или же три месяца он получал письма от нее, своей ненаглядной Мунэ. Наспех пробегаясь глазами по размытым то ли от плохого качества чернил, то ли от пролитых слез любимой строчкам, он держал их постоянно при себе, в нагрудном кармане, пришитом им самим к нижней майке. Постоянно прибывающие раненые солдаты, бесчисленные операции, стоны, боль, смерть! Теперь Фатулла горел лишь одним желанием – успеть помочь каждому раненому бойцу! Все остальные чувства он аккуратно сложил в самую глубокую и неизвестную никому часть сердца.

Душная перевязочная… Треск дров и стоны раненого… Терпкий запах спирта и смолы…

– Доктор Абдуллаев!

Он оглянулся. У входа в перевязочную комнату стояла медсестра хирургического отделения.

– Да, Галина Николаевна, я сейчас! – ответил Фатулла и продолжил обрабатывать осколочную рану лежащего на кушетке солдата.

– Лейтенант Абдуллаев! – услышал он чужой голос вместо ожидаемого ответа.

Молодой врач ощутил, как волна тошнотворного волнения окатила его с головы до ног. «Что-то случилось!» – пронеслось в его мыслях. Это был подполковник Петров. Столь поздний его визит, конечно же, мог сулить лишь нечто еще худшее, чем сложившаяся нынешняя ситуация.

– Подполковник Петров? – задержав руку с пинцетом в воздухе, жестко произнес Фатулла.

– Жду вас в коридоре, – коротко ответил тот.

Фатулла понял, что то «худшее» касалось именно его. Завершив перевязку, он вышел в коридор.

– Это вам, – протянув телеграмму, осведомил его подполковник, – из дома. Соболезную!

Выхватив телеграмму, Фатулла быстро прочитал ее содержание. В ней сообщалось, что отец его скончался. Непроизвольно разомкнув пальцы, он уронил листок с трагической новостью на пол.

– Лейтенант Абдуллаев, вам полагается отсрочка на неделю, – опустив голову, выговорил Петров и, отдав честь, ушел.

Фатулла молчал, пытаясь собраться с силами. Он наклонился, поднял телеграмму и еще раз прочитал ее.

– Доктор, вам нехорошо? – забеспокоилась Галина Николаевна. – Давайте пройдем в кабинет, голубчик.

– Отец, он… Наверное, произошла остановка сердца, – словно не видя ее, подумал он вслух.

– Абдуллаев, тебе надо домой. Тем более что и руководство дало разрешение. Отправляйся завтра ранним утром.