У-мир-рай

Ну, скажу я тебе, допустим, рукотворная катастрофа уже затеялась, и все каналы, и все соцсети её словом и видео обласкивать будут, ты что, после этого бросишь работу, начнёшь переосмыслять жизнь и себя в этой жизни? Не, возьмёшь водки, пойдёшь к друзьям, расскажешь им про придурковатого слепого. Друзья посмеются, ты вместе с ними. Наутро голова будет болеть. Надо за пивом бежать. Какая тут вечность, когда на пиво денег не хватает.

Серёгу начинало раздражать упорство Антонина. Раздражало ещё и то, что слепой был прав.

– То есть, по-вашему, легче и не доказывать? И не пробовать даже? И вам так будет спокойней, что ли? Вы хотя бы мне докажите свою правду, свой взгляд на будущее, и это будет уже много. А программу, знаете, сколько таких, как я, смотрят? Знаете, какой у неё рейтинг? И если захотите, если постараетесь, если за вашими словами что-то есть, вы многим из них сможете доказать…

– А ты попробуй, докажи мне, что у тебя глаза карие.

У Серёги и в правду были карие глаза. Это слегка обескуражило; не настолько, правда, чтоб взять и сдаться.

– Да и доказано всё уже, – голос провидца был тих и устал. – и Бог есть, и дьявол есть, и добрых Бог милует, а злых да неверных наказует. Коли своеволием глаза не затуманены, видно всё.

– А вы все равно будете у нас на программе. Я так хочу и я так сделаю. – Раздражение как кипящий суп в кастрюле, вот-вот выплеснется.

– Волей глаза затуманены, – на выдохе, почти не слышно повторил слепой и закрыл ладонями стекляшки кото-Базилиевских очков.

– Да и почём вам знать, кто как отреагирует на ваше выступление? – ярился Серёга.

– Смешной, – сказал, не улыбнувшись, Антонин. – Дай-ка, гляну ещё.

Слепой потянулся за зеркальцем, оставшимся лежать на пуфике рядом с ним. Взял его в руки, протёр, направил на Серёгу. Тот хотел сказать ещё что-то важное, умное, из тех убедительных фраз, которыми он прельщал гостей на программу, про рукоплескания аудитории и грядущие дивиденды, но Антонин его осёк.

– Стой. Обернись, когда надо обернуться. – Серёга обернулся, только календарь на двери увидел, с тигром. – Не сейчас. Когда надо. Когда окрикнут. Окрикнут, чтоб жил ещё. Не твоя пора. Бойся коровы в городе, молока не дающей. Где чинят, там и рушится. Запомни имя своё, Семён.

– Пальцем в воду! Меня Сергеем зовут, а не Семёном.