Отель растоптанных желаний

Разладились совсем, особенно после того, как они покинули особняк отца и переехали в свою квартиру, подаренную им на свадьбу. Инга была против. Категорически против. Ещё бы, она лишилась прислуги, убиравшей дом и готовившей обеды, и теперь эти почётные обязанности перешли к ней. А как по-другому, на то ты и жена, хозяйка дома? Несложно догадаться, что Инга не любила готовить. Как, впрочем, и убирать, стирать, гладить. Домашние дела, стояние у плиты её раздражало. Филипп обещал нанять помощницу по хозяйству, но пока этого не случилось.

– Да, дорогая!

Последнее слово он добавил скорей автоматически, их любовные отношения медленно сходили на нет. Судя по томной расслабленности жены, с которой она встречала его по вечерам, судя по её растущему равнодушию к мужу, по странной погружённости в свои мысли, не свойственной Инге, Филипп начал подозревать, хоть до конца и не уверен, что она завела кого-то на стороне. Раньше от одного такого предположения он сошёл бы с ума, но теперь всё иначе, и взаимное равнодушие легко избавляло от претензий друг к другу.

– Я тут присмотрела себе шубку, – заворковала Инга. – Офигенная такая, с соболиным воротничком. Норка просто шёлковая, чудо как хороша. И цена летняя, не зашкаливает.– Она говорила быстро, сыпала словами в самое ухо, заставляя Фила морщиться. – Лучше, чем у Киры, ты же помнишь её белое манто?

Нет, он не помнил ни белого, ни чёрного манто, да и саму Киру с трудом узнал бы на улице. Это негласное соревнование с подругами в Инге его просто бесило.

– Мне кажется, у тебя есть пара-тройка прекрасных шуб, – недовольно произнёс Филипп. – Поправь меня, если я ошибаюсь.

– Филя, да я ношу их уже несколько лет!

Филя?! А вот это она зря сказала! Забыла, как ненавидел твой муж этот куцый вариант своего звучного имени? Филя – это тот, с большими ушами, что каждый вечер желает малышам спокойной ночи с экрана телевизора, а никак не он, Филипп Раевский.

– Давай попробуем обойтись без лишних трат, – стараясь не показывать, как он зол, ответил Филипп. Держа телефон зажатым между ухом и плечом, он пытался надеть джинсы, которые сопротивлялись и никак не хотели натягиваться на влажное после душа тело. – Ведь мы же договорились жить на свои, кровно заработанные, правда? И запомни, дорогая, твоего мужа зовут Филипп.

– Иди к чёрту! Ты невыносим! – она нажала кнопку отбоя.