Психиатр

Хорошая тетка Зинаида Александровна, хоть и представления о субординации у нее своеобразные.

Пожертвовав всеми перерывами (обычно между пациентами Савелий брал коротенькие двух-трехминутные тайм-ауты для того, чтобы настроиться на восприятие новой информации, а где-то в середине приема наскоро, не дольше десяти минут, чаевничал в кабинете старшей сестры), Савелий закончил прием вовремя.

Но тут черт принес доцента Родионова с кафедры психиатрии Клиники психического здоровья РАМН, как всегда, невовремя. У некоторых людей есть такое свойство – всегда приходить и звонить невовремя.

Если бы им вздумалось объединиться в закрытый клуб, то лучшего председателя, чем Родионов, они бы не нашли.

– Савелий Станиславович, здр-равствуйте, дор-рогой мой, – с порога зарокотал густым баритоном доцент. – Хор-рошо, что я вас застал. У меня к вам весьма интер-ресное предложение…

Подобные предложения Родионова всегда оказывались одинаковыми – попахать на благо кафедры (точнее, него самого) за моральный пряник в виде публикации в каком-нибудь научном журнале, причем имя настоящего автора указывалось в самом конце длинного соавторского списка.

Возглавлял список, ясное дело, Родионов.

– Здравствуйте, Владимир Георгиевич, – ответил Савелий, гостеприимно указывая рукой на стул для пациентов.

Родионов, шурша перекрахмаленным халатом, уселся, вальяжно закинул ногу на ногу, пригладил бороду, хотя на самом деле приглаживать там было нечего, узкая полоска короткой щетины, окаймлявшая его лицо, даже при большом желании не могла бы растрепаться, поправил очки, сползшие на середину крупного хрящеватого носа, кашлянул, прочищая горло, и озвучил свое предложение:

– Есть интересная тема, как раз по вашему профилю – средства массовой информации и подражательное суицидальное поведение.

Если набрать хороший материал да правильно его интерпретировать, – здесь Родионов скромно улыбнулся, давая понять, что с этим проблем не будет, – то можно и на диссертацию выйти…

О диссертации Савелий иногда подумывал, надо бы, конечно, «остепениться» («Врач без степени – это как птица с одним крылом», – любила повторять мать, доверявшая свое здоровье только кандидатам и докторам наук).

Но под руководством Родионова это делать не тянуло. Пустой человек Владимир Георгиевич. Сегодня скажет, завтра забудет, на слово ему верить нельзя, да и влияние у него небольшое, больше показухи. Недаром же языкатая Зинаида Александровна за глаза окрестила доцента «Чижиком-пыжиком».