Замок на двоих. Пряха короля эльфов

Я лишь кивнула. С родной мифологией я, конечно же, была знакома, но все же одно дело – сказки, передаваемые из уст в уста, а другое – достоверная информация от одного из фейри.

Все то, что я знаю, может быть правдой, а может быть лишь слухами или фантазиями, а потому лучше помалкивать и принимать к сведению.

Зубки я показала, стало быть, сейчас стоит скорее наладить взаимоотношения с окружающими. Айкен, конечно, тот еще… брауни, но не стоит забывать, что все фейри те еще пакостники. И распоряжение короля о том, что золотую пряху надо холить и лелеять, он легко может обойти.

В общем – будем дружить! Хочет он того или нет.

– Готово, – удовлетворенно сказал предмет моих хищных дум. – В дверь не ходи ближайшие… – Он загнул пальцы, что-то мысленно прикинул и закончил: – полчаса. За ней будет все, что тебе потребуется.

– Спасибо.

Низший фейри лишь фыркнул:

– Это веление темнейшего Кэйворрейна. Еду тебе принесут духи, а мне пора.

И пропал.

Бравада смоталась от меня в тот же момент, как Айкен Драм растворился в воздухе.

Наигранное воодушевление сменил вполне понятный страх. Мысли крутились в голове, и то, что вспоминалось про обитателей Неблагого Двора, заставляло кровь холодеть в жилах.

Каких только тварей не водилось тут согласно легендам!

Величественные мертвые воины – слуа – пировали под чертогами королевских холмов, чьи своды были настолько высоки, что могли вместить даже горных великанов.

Красноколпачные гоблины, что купают свои головные уборы в крови врагов или просто случайных путников.

Прекрасные гвиллионы, властители подгорных пещер, чье великолепие могло соперничать с небосводом в полдень.

Всадники и гончие Дикой Охоты, дурная слава о которых настолько укоренилась в умах людей, что они до сих пор прячутся по домам в ночь, когда в небесах несется кавалькада волшебных воинов.

В общем, в этом свете гулять по дворцу резко расхотелось.

Я присела на роскошное кресло, бездумно погладила деревянные завитки резного подлокотника и запустила пальцы в волосы.

– Надо расчесаться, – сама себе сказала я.

Почему-то сейчас мне было особенно важно услышать человеческий голос, пусть даже это и будет мой собственный.

Меня медленно, но верно накрывало страхом и паникой.

Семь лет!

Я тут на семь лет!

День за днем, месяц за месяцем мне жить в окружении дивного народа, и это вообще ни разу не прекрасно.