Волк в ее голове

– Сын мой, это ты там устроил? – спрашивает Валентин. – Не успел написать.

В ответном «угу» мне с трудом удаётся скрыть досаду.

Тем временем Сырок замечает мой интерес к Диане-киборгу и, покраснев, вырывает из тетради страницу.

– Нравится? Возьми.

Сырок с любопытством смотрит на меня, а я с таким же любопытством – на роботизированную Диану в моей руке. Сходство настолько удивительное, будто Диана сама позировала перед классом.

Знаете, однажды мы с ней играли в натурщицу и художника. В детстве, без какого-либо эротического подтекста.

Нет, мне неловко об этом говорить.

Извините.

Секунды две я ещё разглядываю полотно Сырка, затем выбираю на ручке красный стержень и пишу: «Где, кто видел Д. Фролкову последнее время?» Перечитываю. Правлю «э» на «с». Ещё одна перечитка. Ещё одна правка: зелёная стрелочка к киборгу, под стрелочкой – синяя рожа с плачуще-умоляющими глазами.

– Ответь и пусти по рядам, – шепчу я Сырку и возвращаю страницу.

– Четвёртая парта! – Богиня наводит на нас указку, и мы замираем. – Будете дальше шептаться и щёлкать ручками – и вас поработят роботы. Уже создаются искусственные женщины! Сами знаете для чего. Человек уже совсем не нужен. Совсем. Люди, создающие роботов, говорят, роботы будут тащить. А вы шепчетесь и ручками всё, ручками.

Класс содрогается от хохота, и, поняв, что дальше на Богиню можно не реагировать, я расслабляюсь.

Сырок выглядит расстроенным, даже обиженным – но пишет ответ и передаёт листок назад.

Ну, извините.

На улице темнеет больше прежнего, небо будто опускается. В воздухе появляется запах свежей зелени. Урок уныло тянется к середине, а Диана-киборг гуляет себе по рядам и не думает возвращаться. Странная тревога, напряжение стягивает внутренности, и я передаю по партам, чтобы опросник вернули. Головы одна за другой поворачиваются назад, моя просьба запрыгивает на средний ряд. Сквозь стены и пол гимназии тараном проходит раскатистый гром.

– Раз вы хотите поговорить о геях и сексе, – замечает Богиня, – то давайте я тоже выскажусь: если гей откусил вам ногу, бегите!

О Господи.

– Да не о геях мы, – устало бурчит Олеся. – Тут социологический опрос.

– Все разговоры так или иначе о геях или сексе.

Богиня достаёт из сумки бутылочку, низко наклоняет голову и, бросив взгляд исподлобья, поспешно отпивает. По классу расползается аромат яблочного сока. Мне в висок ударяется бумажка и отскакивает в проход.