Прощай, детка, прощай

О чем вы можете судить, исходя из доклада Бюро статистики Южного Техаса, в кратком виде напечатанного в октябрьском номере "Зеркала Мак-Сентона".

Мерфи закатит свои янтарные глаза и направится на кухню: готовить ужин. Не будем дразнить вас этими аппетитными запахами и перенесемся к 18:07, когда на пороге появляется лейтенант Шакелфорд – в черных брюках и бежевой рубашке, в заломленной набекрень шляпе и роговых очках. Ему навстречу выпархивает Гвендолин: прыгает на одной ноге, а на другую надевают бирюзовую туфельку – под цвет шарфа.

– Юная леди не зачастила гулять на ночь? – интересуется Шакелфорд с доброй улыбкой.

– Юная леди останется старой девой, если не будет гулять на ночь.

– И?

Гвендолин вздыхает, будто перед обычной, но нестерпимо занудной процедурой.

– Мы с мистером Бельмором пойдем смотреть кино. А перед этим я загляну в церковь, хочу спросить совета у святого отца. Вернусь к двенадцати. Машину я возьму свою-ю-у.

– Церковь? – морщится лейтенант.

 – Всех грехов не замолишь. Грешить не перестанешь. Дело в красивом преподбном? Хоть причешись!

– Пасха. Всего лишь Пасха завтра. Не будь брюзгой, – Гвендолин хихикает и на прощание целует отца в обветренную, подобную восковой бумаге щеку. Фигура девушки тает в летней ночи, а с лица лейтенанта сползает его призрачная улыбка. Он превращается в крупного, растроганного медведя. Увы, через четыре часа и семнадцать минут, это лицо затянет тревогой, потому что Гвендолин не Золушка и к двенадцати не вернется.

Не вернется к часу ночи.

Не вернется к двум.

Лейтенант Шакелфорд, словно механическая машина, поднимется тогда с постели, наденет очки и отыщет номер мистер Бельмора в записной книжке. Узнает, что Гвендолин с директором не встретилась – "может, передумала, Портер, я из-за нее в кино едва не опоздал", – и поедет к церкви.

Давайте и мы сядем в "фермерский" пикап лейтенанта. Посмотрим, как ветер качает пальмы в ночи и мчит мимо нагой луны чернильные тучи.

Постойте. Что это? Там, кварталах в двух от церкви, напротив пустыря? Вот и Шакелфорд, кажется, заметил желтый "Бьюик" дочери. Лейтенант аккуратно паркуется и выходит из пикапа. Нет, не дергайтесь: мы останемся внутри, чтобы не мешаться. Понаблюдаем сквозь ветровое стеклом за тем, как Шакелфорд открывает желтую, с черной полосой дверцу "Бьюка" и в свете маленького фонаря осматривает салон.

Лейтенант вернется к нам через семь минут.