НА КРЮЧКЕ

Малец вышагивал на четвереньках, а на его спине по-ковбойски подскакивал ушастый одноклассник. На лице Витюши красовалась гримаса отчаяния, волосенки успели взмокнуть. Ушастого наездника он возил явно против своей воли. Вокруг стояла стайка учеников. Гогоча и на все лады комментируя происходящее, они подпинывали «лошаденку» дабы придать ей подобающую прыть. Сходу разобравшись в ситуации, Стас приблизился к детскому «ипподрому» и громко захлопал в ладоши.

– Перекур! – объявил он грозно. – Слышали, что я сказал? А ну, марш по домам!

Увы, времена изменились.

Детвора пошла не та. Лет десять-пятнадцать назад от подобного окрика малолетки брызнули бы в стороны, как горох. Сейчас же они только чуточку попритихли. Витюша и ушастый наездник одновременно подняли головы. В глазах Виктора блеснула искра надежды, в глазах наездника – откровенное недоумение.

– А чего? Мы играем.

– Я вижу, как вы играете.

– Нормальная игра! – наездник ударил пятками в бока Виктору. – Это мой пони, блин.

– Пони пора домой.

Виктор, поднимайся.

– Э-э, куда пошел! А ну стоять!..

Виктор боролся с наездником, пытаясь встать, но противник был явно крепче. Стас хмуро взглянул на часы. Его лимит стремительно истекал. Шагнув в круг ребят, он цепко ухватил наездника за крупное ухо, вздернул вверх. Реакция была поразительная. По-девчоночьи взвизгнув, парнишка кулачками замолотил по руке Стаса.

– Пусти, пидор гнойный! Пусти, сука помойная!..

Разумеется, Стас слышал в жизни словечки похлеще, но чтобы подобные словеса изрекал розовощекий хлопчик – подобное для него было в новинку.

Ладонь сама собой описала резкий полукруг, наградив мальчишку звонким подзатыльником.

– Убью, скотина!..

Удерживая извивающегося пацаненка, Стас только покачал головой.

– Он теперь на вас жаловаться будет, – предупредил честный Витюша. Он стоял уже возле Стаса, и весь его вид выдавал нешуточные переживания. Правда, переживал он, судя по всему, не за одноклассника, а за Стаса, которому, по его мнению, теперь грозили крупные неприятности.

– Вот беда-то! – Стас уложил вырывающегося паренька на колено, одним движением выдернул из школьных брючек кожаный ремешок.

– Щас бить будет, – шепнул кто-то из малолетнего окружения.

– Еще как, – подтвердил Зимин. Ремень взлетел вверх и впился в мальчишечьи ягодицы. Парень завизжал, но Стас и не думал останавливаться. Отсчитав с десяток ударов, отшвырнул «наездника» в сторону.

– Похоже, братец, ты псих.