Афродита, или Античные манеры

Бедные были не менее прекрасны, чем те, другие, но только менее счастливы, и внимание мудрецов останавливалось преимущественно на тех, чья красота не была искажена искусными поясами и кучей драгоценных камней. Так как дело было накануне праздника Афродизий, то эти женщины имели полное право выбирать одежду, которая им была наиболее к лицу, а некоторые отважились даже и вовсе не надеть никакой одежды. Но их нагота никого не оскорбляла, так как они никогда не выставили бы таким образом на свет Божий все мельчайшие части своего тела, если бы хоть одна из них была с малейшим недостатком, способным вызвать насмешки замужних женщин.

* * *

– Трифера! Трифера!

И молодая куртизанка с веселым видом растолкала прохожих, чтобы добраться до подруги, которую она увидела.

– Трифера! Ты получила приглашение?

– Куда это, Сезо?

– К Бакхиде.

– Ещё нет. Она дает обед?

– Обед? Целый банкет, милая. Она на второй день праздника отпускает на волю свою самую красивую рабыню, Афродизию.

– Наконец! Она заметила-таки наконец, что к ней приходят только ради её служанки.

– Я полагаю, что она ровно ничего не видела. Это фантазия старого Хереса, судовладельца с набережной. Он захотел купить девушку за десять мин; Бакхида отказала. Двадцать мин, она опять отказала.

– Она с ума сошла!

– Что ты хочешь? Это у неё дело честолюбия – иметь вольноотпущенную. Впрочем, ей был смысл торговаться, Херес дает тридцать пять мин, и за эту плату девушка получит свободу.

– Тридцать пять мин? Три тысячи пятьсот драхм? Три тысячи пятьсот драхм за одну негритянку!

– Она дочь белого.

– Да, но её мать черная.

– Бакхида заявила, что дешевле она её не отдаст, а старый Херес так влюблен, что согласился.

– А он то сам, по крайней мере, получил приглашение?

– Нет! Афродизию подадут на банкете в качестве последнего блюда, после фруктов, и всякий попробует его по своему вкусу, и только на следующий день ее доставят Хересу. Но я боюсь, что она будет слишком утомлена.

– Не жаль! С ним она будет иметь время оправиться. Я его знаю, Сезо. Я видела его спящим.

И они обе посмеялись над Хересом и начали расхваливать друг друга.

– У тебя красивое платье, – сказала Сезо. – Это у тебя дома его вышивали?

Платье Триферы было из тонкой голубой материи, всё расшитое ирисами с большими цветками

Платье Триферы было из тонкой голубой материи, всё расшитое ирисами с большими цветками.