У бога за пазухой

Родственники так и не смогли за нею приехать, и князь, выполняя обещание, отправил Романа сопровождать гостью до Новгорода с целой Петькиной сотней. Такой вот почётный караул. Берегли девушку, как зеницу ока. Впрочем, это не помешало ей впервые поцеловаться с парнем – тоже запавшим ей в душу Романом.

Вскоре сыграли свадьбу, а через год у молодой четы Ярославиных родился сын. Где один, там и двое. Дал бог ещё двух дочерей-погодок. Можно было бы назвать их семью счастливой, но судьба уже готовила новые испытания.

Глава 5

Дневник Ярославина, листы 5—8

25 января 2018 (1238)

Потерял я всё-таки людей. Всего с неполными двумя тысячами выскочил из прорыва. Не даром дался нам тот последний тумен, забрал жизни русских воинов, хоть и в разы меньше, чем отдал сам.

Первым делом нас покормили в дружинной избе. Тесновато там было, пришлось посменно снедать. «Свою» дружину завёл последней. Она самая большая оказалась – почти семь сотен душ.

Я, наконец, умылся, стерев с лица кровь.

Тут и Вакула с прочими гриднями по-новому на меня взглянули.

– Да ты ли это, Роман Ингваревич? – вопросил парень, внимательно всматриваясь в моё лицо.

Как я и предполагал, в гуще сражения он спутал меня со своим князем. Тот, скорее всего, погиб. Кстати, князь-то был Коломенским и, как выяснилось, из рода Ярославичей. Мой пращур, в общем. Оттого, видать, мы внешне и схожи. Да ещё чело у меня в крови было, а затем и забралом наполовину скрыто. Почитай, одну бороду и видать. А уж бороды у нас на Руси мало чем друг от друга отличаются.

На доспехи, пока отступали в спешке, просто никто внимания не обратил, что не такие. Теперь-то в спокойной обстановке все отличия в глаза бросались.

Пришлось признать, что не князь я им. Пригорюнились ратники, враз осознав, что потеряли своего Романа Ингваревича.

– А я так вам скажу, братцы, – встал вдруг Вакула. – Сей князь вывел нас из сечи лютой. Жизни наши сберёг. Вы как хотите, а я гриднем его себя числю.

– Верно говоришь, – пробасил рядом другой ратник, что вместе с Вакулой прикрывал меня в бою.

Иннокентием кличут. Повернулся ко мне. – Прими службу нашу, князь. Бились мы с Романом Ингваревичем, и под твоим крылом не хуже биться будем. Все согласны, други?

Он обвёл взглядом притихших гридней, и те закивали. Никто не возразил. Так я стал их князем во второй раз, уже по-честному. Попросил только величать меня, как и прежде – Роман Ингваревич. А что? Имя почти моё, родное.