Потерян в море

– Смотри, открытое море, исчез проклятый корабль, – нежный женский голос раздался перед ликом Отверженного.

Вслед за ним в воздухе стал проступать черный силуэт. Виднелись только контуры тела, лиан, что заменяли волосы, перьев, покрывающих плечи вместо плаща. Сквозь него можно было даже увидеть воду и остров. И только небольшой фиолетовый камень яшмы в центре груди виднелся четко и явно, испуская слабый свет. От неожиданности юнга чуть не слетел с фальшборта, но кое-как смог сохранить равновесие. Отверженный же недовольно осклабился, презрительно смотря на непонятное существо.

– Ох, ну где моя вежливость? Разрешите представиться – дух-хранитель этого острова, несравненная Каттальтта! – она театрально поклонилась. Подняла голову, чтобы посмотреть на осьминожью морду Отверженного и издевательски протянуть: – В воздухе пахнет бедооой. Чувствуешь это, проклятый корабль? Чувствуешь своего капитана? А?

От подобных вопросов фрегат нахмурился. Он сразу же потянулся к Грахго, который сейчас был где-то в глубине острова.

Нить, связывающая их, истончилась, натянулась. По ней до Отверженного больше не переходила прекрасная надежда. Только ярость и всепоглощающее разочарование. Морду корабля исказила злость.

– Дело дрянь. Да? – юнга испуганно сжимал канат, со страхом смотря на Каттальтту.

В этот момент нить капитана исчезла. Отверженный пораженно замер, впервые потеряв связь с Грахго.

– Маленькая чистая душа, что ты забыла в этом эпицентре тьмы? – дух покачала головой. – Хотя, уже не такая уж и чистая.

Я вижу на тебе отпечаток капитана, которого, к слову, больше нет, – Каттальтта издевательски улыбнулась, наблюдая за растерянностью фрегата и юнги.

И пока Отверженный пытался дотянуться до Фанатика, дух-хранитель вальяжно устроилась на бушприте, облепив его призрачными лианами.

– Но матушка говорила, что духи-хранители помогают людям, – юнга почти шептал от волнения. – Как маяк помогает кораблям.

– Хах, маяк не выбирает кому светить. Он просто рушит тьму.

Лианы духа постепенно начали впиваться в обшивку фрегата, вспарывая не тело Отверженного, а его душу, заключенную в дереве.

Но корабль, тонущий в отчаянных попытках добраться до капитана, поначалу не замечал этого.

"Не смей сдаваться'!" – голос Грахго ворвался в сознание Отверженного не хуже выпущенной стрелы.

"Уничтожь ее, старик!" – простой призыв пробудил фрегат, вывел из оцепенения.

Отверженный резко вздыбил щупальца, хватаясь ими за лианы и тело духа-хранителя.