Разграбленный город

Она шагнула внутрь, но там было так жарко и так плохо пахло, что она остановилась.

– Здесь очень тесно, – сказала она.

Саша извиняюще улыбнулся. Он прожил здесь всего несколько дней, но уже начал набирать вес. Когда они встретили его ночью на улице, Гарриет потрясло, каким грязным и опустившимся он выглядел. После того как он вымылся и надел одолженные Гаем рубашку и штаны, он стал напоминать мальчика, которого она когда-то встретила в доме Дракеров: с лица его исчезло выражение испуга, а на голове появилась тень прежней шевелюры.

Он не был хорош собой: длинный нос, близко посаженные глаза, длинная сутулая фигура, но в его облике было нечто деликатное, и при первой встрече он напомнил ей нервного зверька, пообвыкшегося в неволе. Благодаря этому он показался ей близким.

Гарриет чувствовала себя рядом с Сашей совершенно свободно. Она протянула ему руку и сказала: «Давай посидим», после чего забралась на низенький парапет, окаймлявший крышу. Отсюда открывался вид на весь город – крыши сверкали в знойном мареве, которое уже начинало сгущаться и золотеть к вечеру.

– Деспина говорит, что я приехал из ее деревни, – ответил Саша.

Он нисколько не походил на крестьянина, но вполне мог сойти за сына еврейского торговца. В любом случае никто, похоже, не обращал на него внимания. Деспина утверждала, что среди слуг в Бухаресте укрываются тысячи дезертиров.

– Сколько ты пробыл в Бухаресте до нашей встречи?

– Две ночи.

Он рассказал, что сумел оторваться от остальных в Черновцах и тайком сесть на товарный поезд, который довез его до столицы. По прибытии он попытался переночевать на привокзальном рынке, устроившись под одним из прилавков, но вскоре после полуночи его прогнали нищие, которые привыкли там спать. Следующую ночь он хотел провести в парке, но там в очередной раз устроили облаву на шпионов. Преисполненные служебного рвения полицейские бродили по парку всю ночь, принуждая его то и дело искать новое укрытие.

Он не знал, что произошло с его семьей. Он писал из Бессарабии своим теткам, но ответа не получил. Добравшись до Бухареста, он отправился к своему бывшему дому, но увидел в окнах квартиры новые занавески и понял, что Дракеры здесь больше не живут. На улицах ему встречались знакомые, но он так боялся повторного ареста, что не решался ни к кому подойти, пока не увидел Гая.