Разграбленный город

– В Клуже я читал лекции по современной английской литературе. Нравится мне это дело.

Тоби глянул на Гая, словно старая овчарка, полная уверенности, что ей найдут занятие. Гарриет стало его жаль. Как и многие до него, он, верно, полагал, что Гая легко убедить. Правда же заключалась в том, что Гай мог быть абсолютно непреклонен. Даже если бы он и нуждался в лекторе, то выбрал бы того, кто не путает Байрона с Теннисоном.

– На днях, – медленно сообщил вдруг Якимов, оторвавшись от еды, – я подумал, что, как ни странно, вот уже год не видел бананов.

Он вздохнул. Принглы уже привыкли к подобным замечаниям, но Тоби так и покатился со смеху, словно усмотрев в словах Якимова уморительную непристойность.

– Я раньше очень любил бананы, – скромно пояснил Якимов.

Когда с обедом было покончено и Якимов ретировался в свою комнату, Гарриет ожидала, что Тоби тоже уйдет. Но стоило ему наконец двинуться в сторону двери, как Гай удержал его:

– Останьтесь на чай. По пути в университет мы можем зайти в Бюро, и я познакомлю вас с Инчкейпом.

Гарриет ушла в спальню. Она твердо вознамерилась заставить Гая действовать, пока еще чувствовала в себе на это силы. Она окликнула мужа, закрыла дверь и сказала:

– Ты должен поговорить с Якимовым. Заставить его уйти.

Гай был озадачен этим неожиданным напором, но покориться не пожелал.

– Хорошо, только не сейчас.

– Нет, сейчас. – Она преградила ему путь к двери. – Пойди и поговори с ним. Слишком рискованно держать его здесь вместе с Сашей. Пусть уходит.

– Если ты так считаешь, – неохотно согласился Гай, явно надеясь выиграть время. – Лучше тебе с ним поговорить.

– Ты его сюда привел, ты от него и избавься.

– Это очень сложно. Когда мы репетировали, было удобно иметь его под рукой. Он много работал и немало сделал для успеха. В некотором роде я ему обязан. Не могу же я просто взять и выставить его, раз постановка позади. Но ты – другое дело. Ты можешь быть с ним твердой.

– На деле ты просто хочешь переложить на меня все неприятные обязанности.

Ощутив себя загнанным в угол, Гай отреагировал с непривычной резкостью:

– Слушай, милая, у меня и так полно хлопот. Саша на крыше, Якимов вряд ли его увидит, а если и увидит, то наверняка не заинтересуется. К чему эти волнения? Извини, мне надо поговорить с Тоби.

Она выпустила его, понимая, что разговорами больше ничего не добьешься и что отныне так будет всегда. Если понадобится что-то сделать, ей придется справляться с этим самостоятельно.