Домой

– Это я, Софья Моисеевна, его попросила пальто накинуть! – заговорила Дуняша, – пуговица сегодня оторвалась, я пришила, а потом и покажись мне, что широко они – он же худенький у нас такой… Думала переставить, а Володенька попить на кухню вышел, вот и накинул.

Мама покачала головой:

– Ночь на дворе, а вы с пуговицами. Иди спать, Володя. Пальто не забудь повесить.

– Спасибо за пуговицу, Дуня, – сказал Володя, уходя.

В своей комнате Володя сел на кровать и выдохнул. Кажется, обошлось.

Дверь приоткрылась.

Отец остановился на пороге:

– Не спишь?

– Нет еще.

Отец подошел и сел с ним рядом:

– На пальто пуговицы широко, значит?

Володя вздохнул:

– Папа, я ходил к Арсению Васильевичу. Такое случилось…

И он рассказал всю историю.

Отец кивнул:

– Молодец, что пошел и извинился… Но какой ты неловкий, Володя, даже в гостях умудрился хорошую вещь разбить!

Володя засмеялся:

– Помнишь, как дедушка меня называл?

– Помню… Только, Володя, такое слово вслух произносить не смей!

– Нет, конечно… А ты тоже в детстве был неловкий?

– Не такой, как ты, конечно, но был.

Чашки разбивал… тарелки. Как-то старинную вазу разбил – за конфетой полез и уронил.

– Что дедушка сказал?

– Да вот то и сказал… что про тебя говорил.

Володя расхохотался, зажимая руками рот.

– Тихо ты! Сейчас мама придет, попадет и тебе и мне.

– Расскажи, как ты был маленьким?

– Так и был… Сначала дом другой был, потом тот, в котором сейчас бабушка и дедушка.

Учился много… Тогда нелегко было, Володя, из маленького города, да и… Ну да это я тебе потом все расскажу. И сейчас нелегко, ты старайся, учись, тем более ты умница такой у нас.

– А как ты играл в детстве?

– Ну как играл? Так и играл, как все, и по улицам бегал, и дома. Все, сынок, тебе спать пора.

– Папа, посиди еще немного!

– Ну давай. Ты ложись, я тебя укрою и посижу.

В полудреме Володя чувствовал, как папа гладит его по голове. Как хорошо было так засыпать, и какой хороший все-таки сегодня день, несмотря на разбитую собачку.

Володя поднял голову:

– Папа, паровоз будем клеить в этом году? У Нины тот порвался.

– Будем, будем. Спи ты уже.

***

Володя постучал, никто не ответил. Он пожал плечами и толкнул дверь. Нина стояла посреди комнаты, Арсений Васильевич сидел в кресле. Вид у него был смущенный.

– Еще раз? – спросила Нина.

– Ну давай, – обреченно вздохнул отец.

Володя замялся на пороге.