Домой

Наверное, можно было попросить прощения, обещать, что такое больше не повторится, умолять директора, может быть, даже заплакать, как делали некоторые ученики их гимназии.

Директор вырвал из записной книжки лист бумаги и быстро написал на нем несколько строк.

– Пожалуйста, молодой человек. Отдадите вашим родителям. Надеюсь, они почтут нас своим визитом, а до того как следует объяснят вам, что в гимназии свои правила, и вы обязаны им подчиняться. А сейчас – марш на урок.

Дорога домой была длинной и безрадостной.

Что он скажет?

Проходя мимо смирновской лавки, он остановился. И, махнув рукой, зашел внутрь.

Арсений Васильевич обрадовался:

– А, Володя? Что сегодня хочется? Леденчиков или шоколадку? Или вот пряники – сегодня принесли. Ты что сумрачный такой?

Тут распахнулась дверь, и в лавку ворвалась Нина.

– Папочка, ты себе представить не можешь, что сегодня было в гимназии! Синька увидела, как Мальцева передает записку, и отобрала ее! А там – картинка! Сова! Синька с чего-то решила, что Мальцева нарисовала начальницу, стала ругаться, а Мальцева – такая смешная! – говорит: это сова, Антонина Михайловна! Почему вы подумали, что это госпожа Неустроева? Синька покраснела как помидор, и…

– Ты с Володей-то поздоровалась, Ниночка? – мягко перебил ее отец.

– Ой, Володя! Здравствуйте! – опомнилась Нина, – простите меня, пожалуйста! Я вас не заметила.

В лавку вошел покупатель, и Смирнов, нагнувшись, обнял дочку:

– Ниночка, пойди пока погуляй? Я тут еще побуду, пока Николай не придет. А ты возьми конфеток, да погуляйте вот с Володей… он тоже сладенького хотел.

Володя поспешно полез в карман за деньгами, но Смирнов только отмахнулся.

– Идите, ребятки.

Нина быстро набрала конфет, пару булочек и махнула Володе:

– Пойдемте?

Они медленно дошли до Клинского.

– Давайте посидим на скамейке?

Володя молча кивнул. Нина села и развернула пакет с булочками:

– Угощайтесь, Володя. Вот эта с изюмом. Вы любите изюм?

Володя вообще любил сладкое, сегодня он еще не обедал, и пышная булочка с изюмом показалась ему вдруг такой вкусной, и он, кивнув, взял ее и впился зубами. Нина с улыбкой смотрела на него. Володя смутился.