Охота на мавку

 – По тонким губам Пустынного вновь скользнула откровенно неприятная улыбка, а после он потянулся к бумагам, начав их внимательно изучать, и как бы между делом заметил: – Я скоро отзываю Шарриона. Вдвоем вы там не нужны. А мне он пригодится в другом месте.

– Надеюсь, операция не боевая? – бесстрастно осведомился Нар-Харз. – Хочу обратить ваше внимание на то, что Шарин еще не до конца отошел от прошлой.

– Ты от контузии вот тоже не отошел, а головой работаешь, – пожал плечами начальствующий змей. – И не переживай, пока там нет ничего слишком опасного для жизни.

Лису стало не по себе. То, что для Пустынного «не слишком опасно», для его подчиненных равнялось ситуации «а вернемся мы по частям».

– Я вас понял.

– Вот и молодец, дорогой мой, молодец. – Пустынный улыбнулся и так, словно между делом, заметил: – Надеюсь, ты помнишь, что у тебя нет шанса на ошибку или вторую попытку? Императору нужен этот источник энергии, Нар-Харз! И если мы не справимся, то нас самих распылят на мелкие частицы! Конечно, отдача не такая, как от Ильсора Дершворта, но зато в назидание остальным.

М-да… почему-то у белохвостого имелось стойкое ощущение, что этот гюрза благополучно вывернется из любой ситуации. А вот ему и правда может неслабо достаться.

– Я все помню, мой лорд. – Алинро встал и склонил голову.

Змей в погонах лишь небрежно взмахнул рукой, отпуская подчиненного.

– Правда… возникла одна проблема.

– Опять? – Начальник вскинул бровь и позволил саркастической улыбке скользнуть по неприятно узким губам.

– Никто не кусал. Меня прокляли, – сухо ответил Нар-Харз, ощущая вспышку глухого раздражения от неприкрытой иронии в голосе Пустынного.

– Ого! – восхитился змей новым витком неприятностей подчиненного. – И кто же?

– Мавка…

– Та же?!

Дождавшись неохотного кивка Алинро, гюрза несколько секунд пристально смотрел на него, а потом расхохотался.

Кицунэ не разделял позитивного настроя своего собеседника, поэтому вежливо ждал, пока тот закончит смеяться.

– Вот это девочка! – не мог успокоиться Пустынный. – Слушай, Нар-Харз, на моей памяти тебе еще никто не доставлял столько неприятностей!

Алин мог бы добавить, что он подобного тоже не упомнит, но решил быть выше этого и продолжил следовать истине «Молчание – золото!».

Начальника Алинро откровенно недолюбливал. И прекрасно знал, что его эмоции разделяют почти все труженики «плаща и кинжала».