Смотритель

– Не знаю, – честно ответил Авраам, – овцой в волчьей стае не прожить, но он праведник, и если делает что, то делает это с чувством глубокого отвращения.

– Понятно, – сказал я, – Лота мы спасем, а город уничтожим. Нам не нужен этот гнойник на земле Ханаанской.

– Постойте, – закричал Авраам, – а вдруг там, кроме моего племянника, есть еще праведники? Неужели вы уничтожите и праведников?

– Если мы найдем там пятьдесят праведников, то город будет цел, – сказал я.

– А вдруг там будет меньше праведников? – взмолился Авраам.

– Хорошо, – сказал я, – если мы найдем там двадцать праведников, то город останется целым.

– А если меньше двадцати? – стал причитать Авраам.

– Если мы найдем там пять праведников, то оставим город в целым, – сказал я. – А скажи мне ты, который зарезал не одну сотню людей, которые встали на твоем пути, какое тебе дело до людей, погрязших в грехе и разврате? За грехи людей должно отвечать все племя. За грехи Содома должны отвечать все горожане.

– Передайте Председателю, – сказал Авраам, – что если мы будем так вершить правосудие, то скоро на земле не останется никого. Ни одного человека. Пусть каждый отвечает за грехи свои, а праведники продолжат жить в председателевом благоволении.

– Хорошо, я передам это Председателю, – пообещал я и со спутниками двинулся в сторону города Содома.

Княгиня (продолжение)

Мы поели ухи и улеглись на охапки свежего сена, служившие нам лежанками.

– А что же дальше, Василь Василич? – спросил я.

– Как что, – деловито ответил старик, – вот покемарим маленько после ушицы, да пойдем готовиться к вечерней зорьке.

– Да я не про это, – быстро сказал я, – я про библиотеку.

– Про библиотеку, – пробормотал как-то задумчиво мой спутник, – про библиотеку, – явно раздумывая, говорить ему или не говорить и доверять ли мне то, что является сокровенным у пожилого человека. – Ладно, слушай про библиотеку.

Я, когда увидел ее, то прямо-таки остолбенел. Другого слова подобрать не могу. Стою и ничего сказать не могу. А она вся такая воздушная, легкая. Думаю, сейчас ветерок дунет и унесет ее навсегда от меня, держать ее надо и никуда не отпускать.

И я это самое прямо так и сказал ей. Сказал и покраснел, а она засмеялась:

– Какой вы прямо фантазер, меня никакой ветер не унесет и из этой библиотеки я никуда не денусь.